Онъ поневолѣ остановился предъ огромнымъ, поваленнымъ въ бурю черезъ тропу, деревомъ, котораго вывороченный корень высоко чернѣлъ какимъ-то чудовищемъ съ одной стороны, а съ другой цѣлая рощица полузасохшихъ вѣтвей далеко прикрывала кругомъ кочки и кусты. Послышался трескъ и какъ бы шумъ за поворотомъ тропы по просѣкѣ. Лошадь подняла голову и насторожилась....
-- Не волкъ ли? Нѣтъ, въ такое утро какъ-то не вѣришь и въ волковъ.... Это что такое?... Вотъ онъ и лѣсной мужичокъ, бородка съ локотокъ....
За поворотомъ тропы, бодро шагая по корнямъ и кочкамъ, изъ-за старой сосны въ самомъ дѣлѣ показался небольшой старичокъ въ низенькой, поярковой шляпѣ съ полями, съ кожаной котомкой за плечами. Длинная борода бѣлѣлась по опрятному, смурому кафтану. Увидѣвъ вдругъ верховаго, онъ спокойно посмотрѣлъ на него и пошелъ прямо, опираясь на свою длинную палку.
-- Добрый путь, дѣдушка! Заплутался вотъ, укажи куда проѣхать на Ельновку.
-- Помоги тебѣ Господи, помоги тебѣ Господи, ласково глядя на него и пріостанавливаясь, отвѣчалъ старичокъ.-- На Ельновку тутъ не проѣдешь.... Это на Глухое Озерко тропа, а то на Синій Боръ пойдетъ. На лошади не проѣдешь, бѣда какъ благо!... Не знавши мѣста, сгибнешь совсѣмъ. И, Господи спаси!
-- Что же, назадъ надо?...
-- А вотъ за мной-то, батюшка, я тебя выведу.... Ты откудова же будешь?
-- Я не здѣшній. Я по дѣлу на лѣто здѣсь. Въ Ельновкѣ живу пока.
-- Да ты не Ельновскій ли баринъ будешь? Отецъ Алексѣй сказывалъ мнѣ что пріѣхалъ. Это не по надѣламъ ли, батюшка?
-- Да.