— Как же вы были уверены, что я дома, когда в это время я всегда бываю на службе?
— А предчувствие?!. О, предчувствие у тонких художественных натур — это всё.
— Гм-гм, — мрачно хмыкнул Василий Ефимович. — А цветы вы купили до того, что почувствовали, что я дома, или после?
— Конечно, до... То есть я хотел сказать — после... Нет, до того... А впрочем, это не имеет никакого значения...
Душевный покой экономиста-статистика был нарушен. Злобное чудовище мигало зелёными глазами. Этот ранний непонятный визит! Галстук бабочкой! Чертовски дорогие розы!
Прошло три дня, а на четвёртый Василий Ефимович, вернувшись из Треста нерудных ископаемых, увидел на буфете большой шоколадный торт.
— Что это? — спросил он, холодея.
— Торт...
— Вижу, что торт, а не сардинки! Откуда он?
— Ордынин принёс. Правда, милый молодой человек?