-- И такъ, вотъ жизнь моя, продолжалъ онъ печально, садясь на прежнее мѣсто:-- справа нищета, слѣва безуміе; вездѣ униженіе, уныніе, стыдъ, позоръ! Тщетно испрашиваю я себѣ мѣстечка на солнцѣ; моя судьба жить въ тѣни, въ сырой, холодной тѣни! Куда ни обернусь, вездѣ окружаетъ меня неумолимое несчастіе. Когда простираю руки, чтобъ схватить какую-нибудь мечту, она улетаетъ отъ меня съ ироническимъ смѣхомъ; рѣшусь ли идти впередъ, мѣдная стѣна преграждаетъ мнѣ нуть съ первыхъ шаговъ; захочу ли сѣсть, всѣ мисга заняты! Жалкое существованіе, въ которомъ можетъ зачерствѣть, огрубѣть пошлое сердце, но въ которомъ для души энергической одна возможная развязка -- самоубійство! Зачѣмъ я на свѣтѣ? Кому я полезенъ? Кто вздумаетъ просить моей помощи? Кто нуждается во мнѣ? Для чего, наконецъ, въ этомъ проклятомъ свѣтѣ нуль, пылинка, называющаяся Жоржемъ Фруадво?
Въ эту минуту, бдительный Пирамъ глухо заворчалъ, и почти въ то же мгновеніе кто-то постучался въ дверь.
Полагая, что это вѣроятно опять кто-нибудь изъ нескромныхъ пріятелей, надоѣдавшихъ ему наканунѣ, огорченный любовникъ съ сердцемъ отворилъ дверь; но гнѣвъ, выразившійся на лицѣ его, внезапно превратился въ холодную вѣжливость при видѣ незнакомаго лица.
-- Почтенный сосѣдушка, сказалъ незнакомецъ для Фруадво, но знакомый намъ г. де-Буажоли:-- я узналъ о маленькомъ несчастіи, случившемся съ вами вчера, и хотя не имѣлъ еще удовольствія познакомиться съ вами, осмѣлился прійдти освѣдомиться о вашемъ здоровьи.
-- Покорно васъ благодарю, милостивый государь, сухо отвѣчалъ Фруадво:-- но вы, вѣроятно, ошиблись, потому-что я, кажется, не имѣю чести быть вашимъ сосѣдомъ.
-- Напротивъ; мы теперь ближайшіе сосѣди, потому-что я занимаю курятникъ подъ нумеромъ I, находящійся прямо противъ вашего. Насъ раздѣляетъ только корридоръ; я вижу, однакожь, прибавилъ совѣтникъ префектуры, продолжая шутить:-- что всѣ клѣтки нашего почтеннаго хозяина одинаковы, и что вездѣ господствуетъ та же пышность.
Г. де-Буажоли, подшучивая такимъ-образомъ надъ убранствомъ гостинницы, не изъявилъ ни малѣйшаго изумленія при видѣ блузы, почти негодной къ употребленію и служившей шлафрокомъ шатожиронскому Демосѳену.
-- А! такъ я имѣю честь говорить съ г. де-Буажоли? сказалъ адвокатъ, разсматривая его со вниманіемъ, походившимъ на мнительность.
-- Точно такъ, отвѣчалъ совѣтникъ, продолжая улыбаться.-- Вчера я надѣялся имѣть удовольствіе обѣдать съ вами на заводѣ, но непріятное приключеніе лишило насъ вашего общества; повѣрьте, я не менѣе другихъ сожалѣлъ объ этомъ.
Говоря такимъ-образомъ, г. де-Буажоли не вошелъ, а такъ-сказать вкрался въ комнату, не обращая вниманія на холодность, выражавшуюся на лицѣ молодаго адвоката.