-- Очень-рада, вѣжливо отвѣчала маркиза:-- я буду имѣть честь предупредить г-жу Гранперренъ: я уже собиралась навѣстить ее.
-- Ну, и она! проворчалъ баронъ, между-тѣмъ, какъ Ираклій съ недовольнымъ видомъ кусалъ губы: -- кажется, намъ не суждено избѣгнуть бѣды!
-- Вы осчастливите насъ, маркиза, истинно осчастливите! возразилъ г. Граинеррёнъ и удалился, весьма-довольнымъ тѣмъ, что достигъ своей цѣли. Нѣсколько минутъ спустя, онъ вернулся на заводъ, гдѣ въ это самое время происходила другая сцена, долженствовавшая имѣть большое вліяніе на послѣдующія происшествія нашего разсказа.
VII.
Слабая сторона.
Когда бунтовщики разсѣялись, Жоржъ Фруадво счелъ ненужнымъ оставаться долѣе на площади передъ замкомъ и направилъ шаги къ заводу, ибо обѣденный часъ приближался.
Г-жа Гранперренъ, желая наединѣ переговорить съ молодымъ адвокатомъ, приняла его въ маленькой гостиной, гдѣ обыкновенно сидѣла; подъ однимъ изъ тѣхъ предлоговъ, которые всегда умѣютъ пріискать женщины, она удалила свою падчерицу.
-- Вы пришли очень-кстати, сказала она Жоржу, встрѣтивъ его граціозной улыбкой, несогласовавшеся съ холодною гордостью, съ которою она обыкновенно принимала его:-- г. Гранперренъ еще не вернулся изъ Рансене, куда поѣхалъ сегодня утромъ и, признаюсь вамъ, мнѣ стало страшно одной, потому-что на слугъ полагаться нельзя. Говорятъ, на площади шумъ?
Фруадво разсказалъ всю сцену, которой былъ свидѣтелемъ.
-- Какъ это непріятно! сказала Кларисса, когда онъ кончилъ разсказъ, который она выслушала съ дурно-скрываемымъ удовольствіемъ:-- г. Гранперренъ находится въ политической борьбъ съ г. де-Шатожирономъ, и я боюсь, чтобъ наши враги,-- у кого ихъ нѣтъ!-- не назвали его виновникомъ этихъ безпорядковъ.