-- Подобная клевета не можетъ имѣть никакого вѣса, отвѣчалъ молодой адвокатъ: -- всѣ столько уважаютъ г. Гранперрена, что тотъ, кому бы вздумалось вмѣшать его малѣйшимъ образомъ въ этотъ смѣшной бунтъ, подвергнется порицанію всего кантона.
-- Стало-быть, вы сознаетесь, что г. Гранперренъ пользуется общимъ уваженіемъ.
-- Конечно, сударыня.
-- И что своимъ характеромъ онъ заслуживаетъ этого уваженія?
-- Я всегда говорилъ это открыто.
-- Наконецъ, что онъ человѣкъ честный, прямодушный, знающій свое дѣло, -- словомъ, человѣкъ почтенный во всѣхъ отношеніяхъ?
-- Я всегда былъ такого мнѣнія о г. Гранперренъ.
-- Если это правда, продолжала Кларисса съ тонкой улыбкой: -- то какимъ образомъ согласовать ваше доброе мнѣніе о г. Гранперренѣ съ вашей оппозиціей его избранію? Не-уже-ли вы лучшаго мнѣнія о противномъ докторѣ Буассла?
-- Ни мало; но у насъ одинакія политическія мнѣнія.
-- У г. Буассла политическія мнѣнія! насмѣшливо вскричала г-жа Гранперренъ; -- будто-бы онъ, бѣдный, въ состояніи связать двѣ мысли! Скажите лучше, что вы не любите г. Гранперрена, что вы сердитесь на него за что-нибудь, что вы рѣшились поперечить ему во всемъ; но, ради Бога, не говорите мнѣ о политическихъ мнѣніяхъ какого-нибудь Буасла!