-- Вы можете еще прибавить, сударыня, что никто болѣе васъ не имѣетъ права имѣть прихоти, отвѣчалъ Жоржъ, который смотрѣлъ на тещу Викторины какъ на главное препятствіе къ осуществленію его мечтаній, и потому всячески старался заслужить ея доброе расположеніе.
-- Признаться ли вамъ во всемъ? продолжала Кларисса, довѣрчиво наклонившись къ молодому адвокату:-- слушайте же: это не только прихоть... тутъ замѣшано мое самолюбіе.
-- Ваше самолюбіе?
-- Да; во чтобъ вполнѣ понять меня, надо быть женщиной.
-- Если это условіе необходимо, сказалъ Фруадво смѣясь: -- то вы напрасно избрали меня своимъ повѣреннымъ.
-- Все равно; я уже начала каяться, а потому буду продолжать. Выслушайте же мои мелочныя причины съ должною важностью и -- не смѣйтесь! А не то я подумаю, что вы насмѣхаетесь надо мною. Надобно вамъ сказать, продолжала Кларисса, съ дѣтскимъ неудовольствіемъ надувъ губы:-- что я ненавижу этой красавицы маркизы, пріѣхавшей сюда вчера.
-- Развѣ вы знаете ее, сударыня?
-- Я никогда ея не видала.
-- Какъ же вы можете не любить ея?
-- Я ненавижу ее.