Взглядъ г-жи Гранперрёнъ былъ такъ краснорѣчивъ, голосъ ея такъ убѣдителенъ, имя, которымъ она такъ искусно заключила свою рѣчь, было такъ могущественно, что молодой адвокатъ, доселѣ неподкупный, невольно поддался искушенію; онъ съ гордостью отвергъ всѣ предложенія, касавшіяся его честолюбія.; но могъ ли онъ устоять противъ аттаки, направленной прямо на его сердце? Могъ ли онъ отказать, когда его просили именемъ Викторины?
-- Притомъ же, сказалъ онъ про себя, стараясь въ собственномъ мнѣніи оправдать свою слабость:-- всѣ знаютъ очень-хорошо, что бѣдный Буассла не что иное, какъ кукла, которую я выставляю впередъ, чтобъ мнѣ-самому легче было выступить на сцену; кто же можетъ упрекнуть меня въ томъ, что я, настоящій кандидатъ оппозиціи, добровольно уступаю свое мѣсто г. Грапперрену?
Согласивъ сколько можно было требованія своихъ политическихъ мнѣній съ требованіями сердца, Фруадво сказалъ г-жѣ Гранперренъ:
-- Вамъ невозможно ни въ чемъ отказать, сударыня; располагайте мною.
-- Я не благодарю васъ, отвѣчала Кларисса съ очаровательной улыбкой: -- предоставляю другой особѣ благодарность, которая вамъ, вѣроятно, пріятнѣе моей, и, кажется, она сама идетъ сюда!
Точно: въ сосѣдней комнатѣ послышались шаги; вслѣдъ за тѣмъ дверь въ маленькую гостиную отворилась, но вошла не Викторина, а г. Гранперренъ.
VIII.
Мстительные замыслы.
На лицѣ г. Гранперрена выражалась смѣсь торжества и смущенія, ибо съ одной стороны онъ былъ весьма-доволенъ результатомъ своего посѣщенія, а съ другой опасался, что жена не вполнѣ одобритъ его поступокъ.
-- Кажется, я немножко опоздалъ, сказалъ онъ входя: -- но я не виноватъ.