Ламурё отвѣчалъ на толчокъ Банкроша такимъ выразительнымъ толчкомъ, что Кривоногій потерялъ равновѣсіе и упалъ.
-- Что это за шумъ? сказала вдова, невольно приблизившись къ виконту.
-- Ничего, отвѣчалъ Ланжеракъ, воспользовавшись этимъ случаемъ, чтобъ схватить руку, которую вдова и не думала отнимать.
-- За нами послышался шорохъ.
-- Вѣроятно, упалъ сухой сучокъ, или птица вспорхнула.
-- Но если тамъ кто-нибудь есть? Если насъ подслушиваютъ? возразила г-жа Бонвало, съ безпокойствомъ смотря на кусты.
Хотя ночь была такъ темна и кусты такъ часты, что Банкрошъ и Ламурё не могли быть замѣчены, не смотря на то, они невольно присѣли.
-- Всѣ заняты теперь фейерверкомъ, отвѣчалъ Ланжеракъ: -- и никто не думаетъ нарушать давно-желаннаго мною свиданія. Отвѣчайте же, сударыня, не откажите мнѣ въ милости, о которой молю васъ!..
-- Положимъ, что я и захотѣла бы рѣшиться на безразсудство или безуміе, о которомъ вы меня просите, возразила вдова, продолжая жеманиться: -- но по какой причинѣ, подъ какимъ предлогомъ оставлю я замокъ, объявивъ уже, что намѣрена провести здѣсь всю осень?
-- Развѣ трудно найдти предлогъ? Скажите, что здѣшній климатъ вамъ вреденъ, что онъ даже опасенъ для вашей слабой груди; или объявите, что вамъ необходимо предпринять небольшое путешествіе, чтобъ разсѣять тягостное впечатлѣніе, произведенное на ваши раздражительные нервы сегодняшней сценой.