-- Господинъ пасторъ, сказалъ Амудрю, нисколько минутъ уже осматривавшійся съ безпокойствомъ: -- не-уже-ли г-нъ Бобилье не явится въ эту критическую минуту?
-- Если не явится, такъ мы обойдемся и безъ него, отвѣчалъ отрывисто молодой священникъ, по-видимому, радовавшійся отсутствію судьи, потому-что въ Шатожироне господствовала тайная вражда между судебною и духовною властями.
-- А какъ же намъ быть, возразилъ Амудрю:-- если онъ не прійдетъ во-время, чтобъ произнести рѣчь?
-- Тогда достаточно будетъ и моей, также лаконически возразилъ пасторъ.
Въ это время, вдали послышалось громкое щелканье бича.
Священникъ обратился къ церкви и поднялъ руку. По этому знаку, два юные обитателя Шатожирона, шалуны въ будни, звонари по Воскресеньямъ, ловко уцѣпились за двѣ толстыя веревки, пропущенныя сквозь потолокъ портика и недостигавшія до земли футовъ на шесть; колокола зашевелились, и вскорѣ весело раздался звонъ ихъ.
Господинъ Бобилье скоро переодѣлся въ маленькомъ кабинетѣ, служившемъ ему гардеробной; но какъ ни спѣшилъ почтенный мирный судья, онъ не могъ, однакожь, воспротивиться желанію посмотрѣть въ зеркало, въ порядкѣ ли были локоны парика его. При первомъ звукъ колоколовъ, зеркало выпало у него изъ рукъ, и онъ пустился бѣжать изъ гардеробной съ живостію, изумительной въ его лѣта. Въ нѣсколько секундъ пробѣжалъ онъ залу засѣданія, корридоръ, соскочилъ съ лѣстницы и добѣжалъ до тріумфальной арки. Тамъ онъ нѣсколько успокоился и, осмотрѣвшись внимательно, нашелъ, что всѣ было въ порядкѣ и всѣ по своимъ мѣстамъ. Строгая точность, съ которою были исполнены его приказанія и чудный эффектъ его распоряженій вызвали на лицо его выраженіе гордаго самодовольствія; раскрывъ табакерку, онъ подошелъ съ улыбающимся видомъ къ сановникамъ, тріумвиратъ которыхъ дополнилъ своей особой.
-- Ну, что, господа? сказалъ онъ, подчуя ихъ табакомъ:-- какъ вы думаете? Мнѣ кажется, что пойдетъ?
-- Карета подъѣзжаетъ; станемте же по своимъ мѣстамъ, господа! возразилъ священникъ, сдѣлавъ знакъ мэру стать съ лѣвой стороны его, а мирному-судвъ съ правой.
Тогда возобновилась сцена, бывшая въ тюльерійскомъ дворцѣ при утвержденіи консульства. Съ такою же ловкостью и быстротою, съ какою Бонапарте разстроилъ намѣреніе аббата де-Сіёйя, г-нъ Бобилье взялъ мэра за руку, быстро оттолкнулъ его въ сторону, и самъ, выступивъ шагомъ впередъ, очутился между своими товарищами.