-- Получасомъ разговора съ Люскуромъ.
-- Слишкомъ дорого. Ну, о чемъ мнѣ съ нимъ говорить? Развѣ о Прагматической-Санкціи или Трентскомъ-Соборѣ?...
-- Начни съ послѣдняго сочиненія аббата Ламене, заговори наконецъ объ исторіи Мальтійскаго-Ордена.
-- Ну, такъ и быть. Постой здѣсь, чрезъ три минуты я его уведу.
Вилларе обошелъ небрежно залу, какъ-будто нехотя очутился подлѣ Люскура и учтиво ему поклонился. Молодой провинціялъ съ любезностью, свойственною человѣку, не знающему, что дѣлать среди общества, ему незнакомаго, отвѣчалъ на его поклонъ такимъ же учтивымъ привѣтствіемъ. Посторонившись, чтобы дать пройти лакею съ подносомъ, мальтійскій кавалеръ незамѣтно увлекъ Люскура, какъ-будто повинуясь движенію толпы, и наконецъ привелъ его въ углубленіе окна, и самъ, ставъ передъ нимъ, закрылъ отъ его взоровъ все, что происходило въ залѣ. Оглянувшись, Вилларе увидѣлъ Шуази подлѣ графини Люскуръ.
ГЛАВА III.
При видѣ Шуази, который подходилъ къ ней съ улыбкой, мадамъ Люскуръ не могла скрыть своего удовольствія, въ которомъ главную роль играло удовлетворенное самолюбіе; раздумье ея мгновенно исчезло. Не давая времени подошедшему виконту окончить начатой имъ фразы, она сказала:
-- Вамъ не страшно говорить съ женщиною, которой здѣсь никто не знаетъ.
И въ то время, какъ она придавала этимъ словамъ особое выраженіе, быстрый мстительный взглядъ оживилъ ея блестящіе глаза.
Шуази тотчасъ понялъ, что молодая женщина испытала одно изъ тѣхъ ничтожныхъ униженій, которымъ ежедневно подвержены провинціялки въ высшемъ обществѣ.