Провинціялка, по отцу и мужу, графиня Люскуръ была принята въ нѣкоторыхъ аристократическихъ домахъ Парижа по родственнымъ связямъ маркизы де Гордань, но принята какъ не принадлежащая къ этому обществу. Впечатлѣніе, которое производила она на мужчинъ, рѣдкая ея красота, увеличили рядъ ея недоброжелательницъ. Въ это самое время женщины, сидѣвшія подлѣ нея и которыя имѣли много причинъ критиковать красоту, разсматривали ее по-частямъ, какъ ботаникъ, отдѣляя листочки цвѣтка одинъ за другимъ.
Однимъ взглядомъ Шуази понялъ враждебныя отношенія молодой женщины къ окружающему ее обществу; онъ обрадовался этому, потому-что умный человѣкъ умѣетъ всѣмъ пользоваться. Не отвѣчая графинѣ, онъ самъ далъ словамъ своимъ вопросительную форму.
-- Неправда ли, что сбылось мое предсказаніе? спросилъ онъ улыбаясь.
-- Какое предсказаніе? спросила мадамъ де Люскуръ, съ удивленіемъ, слегка изученнымъ.
-- Вопросъ вашъ не дѣлаетъ мнѣ чести: онъ мнѣ доказываетъ, какъ мало вы обращаете вниманія на мои слова; не говорилъ ли я вамъ, что вы должны разъ навсегда отказаться отъ расположенія къ вамъ прекраснаго вашего пола.
-- Это правда. Я васъ тогда не понимала и теперь съ трудомъ этому вѣрю. Не могу себѣ объяснить, какъ я, расположенная ко всѣмъ, могу внушать ни на чемъ не основанную антипатію. Въ чемъ могутъ меня упрекать всѣ эти женщины, которыхъ я не знаю, и которыя мною занимаются болѣе, чѣмъ я того заслуживаю.
-- Во многомъ, тонко замѣтилъ виконтъ: -- какъ можете вы, напримѣръ, нравиться мадамъ де Шатенедъ, глаза которой такъ хороши, что вчера еще не боялись соперничества?
-- Нашла ли я ихъ дурными? Я и теперь повторяю, что я не встрѣчала лучшихъ глазъ.
-- Сравненіе отъ васъ ускользаетъ, но всякой, видя васъ, невольно сравниваетъ, и вамъ этого не простятъ.
Какъ ни былъ запутанъ этотъ комплиментъ, но мадамъ де Люскуръ его поняла.