Въ душѣ его далеко не прельщала преспектива смотрѣть за больнымъ такого рода, не переставая бормотавшимъ непонятныя слова и проклятія, отъ которыхъ волосы становились дыбомъ на головѣ почтеннаго сановника.
По временамъ, молодой человѣкъ судорожно протягивалъ передъ собой свои высохшія руки, какъ бы пытаясь оттолкнуть невидимаго врага.
-- Помогите! помогите! кричалъ онъ. Возьмите прочь этихъ черныхъ змѣй!... Вотъ онѣ!... онѣ ползутъ!.. онѣ обвиваются около меня!...
Полковникъ хорошо зналъ, что всѣ эти страшныя видѣнія были однимъ изъ симптомовъ этой ужасной болѣзни. Онъ также зналъ, что хотя бредъ вполнѣ овладѣлъ больнымъ, такъ что онъ не видѣлъ и не слышалъ ничего, но тѣмъ не менѣе какой-то тайный инстинктъ давалъ ему знать, что онъ не одинъ... Это сознаніе имѣло послѣдствіемъ новый припадокъ бѣшенства, такъ что надо было опасаться, чтобы онъ не причинилъ себѣ серьезнаго вреда.
Вступая въ должность сидѣлки, полковникъ прежде всего посмотрѣлъ какое лекарство было прописано больному. Откупоривъ банку, онъ попробовалъ содержимое и невольно улыбнулся; однако онъ былъ слишкомъ хорошо воспитанъ, чтобы унижать передъ посторонними знаніе доктора Борри.
-- Это не принесетъ пользы, да и не повредитъ, сказалъ онъ самъ себѣ закупоривая лекарство; надо подождать доктора и уговорить его попробовать одно арабское средство. Ну, а пока можно давать эту безобидную микстуру. Только надо смотрѣть за больнымъ, а то при идіотахъ, которые его окружаютъ, ему пожалуй удастся сломить себѣ шею.
-- Такъ до свиданія, Дюваль, сказалъ Дюрье; я постараюсь прислать Лами какъ можно скорѣе. Слава Богу, ваша дочь теперь оправилась и кромѣ того она въ хорошихъ рукахъ. Я и жена, мы будемъ всячески заботиться о ней; ждать васъ къ обѣду?
-- Нѣтъ.
-- Какъ хотите; но все-таки мы оставимъ для васъ чего нибудь горячаго съ бутылкой стараго бургунскаго, которое вамъ такъ понравилась. А пока до свиданья!
Съ этими словами Дюрье ушелъ, а полковникъ молча опустился на кресло у изголовья больнаго.