И почему же нѣтъ? Съ точки зрѣнія свѣта, Маргарита была превосходной партіей. Этотъ бракъ соединилъ бы земли Монторни съ землями Рошбейръ и Рауль, наслѣдуя титулъ барона, сдѣлался бы гораздо богаче своихъ предковъ, и могъ бы разсчитывать на болѣе важныя должности.
Ея Рауль былъ такъ добръ, уменъ, благоразуменъ, что для Маргариты нечего было и желать лучшаго руководителя на жизненномъ пути.
Конечно, очень вѣроятно, будь приданое Маргариты не такъ велико, сестры выказали бы меньше стремленія къ этому браку.
Однако, поспѣшимъ прибавить, что въ ихъ мысляхъ финансовыя соображенія занимали меньше мѣста, чѣмъ можно было думать.
Съ первой встрѣчи, Амели и Люси полюбили свою хорошенькую кузину. Онѣ настолько знали ея исторію, чтобы чувствовать симпатію къ бѣдному ребенку, изгнанному изъ подъ родного крова за проступки другихъ.
Сверхъ того онѣ были пріятно поражены, найдя Маргариту такой граціозной и умной; онѣ раньше представляли ее себѣ маленькой, неловкой пансіонеркой, неопытной и наивной дѣвочкой, ни о чемъ не слыхавшей дальше стѣнъ своего монастыря.
Маргарита, принятая ласково и привѣтливо, скоро распустилась, какъ цвѣтокъ подъ живительными лучами солнца.
Ея молчаливость исчезла какъ ледъ подъ дыханіемъ весны. Быть неутѣшной въ потерѣ отца, котораго она едва помнила, было бы неестественно съ ея стороны. Ея тихая и спокойная печаль, скорѣе брала начало въ природной чувствительности ея любящаго и нѣжнаго сердца и это придавало ей новую прелесть.
Мало-по малу улыбка стала чаще появляться на ея губахъ, къ ней вернулась ея веселость и шаловливость и, къ концу октября, молодая пансіонерка монастыря Кармелитокъ сдѣлалась любимицей всѣхъ обитателей Монторни.
Рауль улыбнулся съ оттѣнкомъ недовѣрчивости, когда по пріѣздѣ его въ замокъ, сестры начали наперерывъ расхваливать ему свою новую подругу. Зная, на сколько дружба склонна преувеличивать, онъ не ожидалъ встрѣтить что-нибудь особенное въ молодой графинѣ.