Однажды рано утром он отправился на розыски. Он скоро увидел начисто обглоданные кости своего противника, и тут же, рядом, прикрытый опавшими листьями валялся его нож, весь заржавленный от запекшейся крови гориллы и от долгого лежания на влажной почве.
Ему не понравилось, что прежняя блестящая поверхность ножа так изменилась, но все-таки в его руках это было достаточно грозное оружие, которым он решил воспользоваться при первом случае. У него мелькнула даже мысль, что отныне он уже не должен будет спасаться бегством от наглых нападений старого Тублата.
Через несколько минут Тарзан был уже около хижины, опять открыл ее дверь и вошел. Его первой заботой было изучить механизм замка, и пока дверь была открыта, он внимательно осмотрел его устройство. Ему хотелось точно узнать, что собственно держит дверь закрытой и каким образом она открывается, как только прикоснешься к замку?
Тарзан увидел, что изнутри тоже можно притворить и запереть дверь на замок. Он так и сделал, чтобы никто не мог потревожить его во время занятий.
Тогда он приступил к систематическому осмотру хижины; но его внимание было опять главным образом приковано к книгам. Казалось, они имели на него какое-то странное, непреодолимое влияние. Он не мог сейчас заняться ничем иным -- до такой степени захватила его увлекательная сила и изумительная тайна книг.
Здесь был букварь, несколько элементарных детских книжек, какие-то многочисленные книги с картинками и большой словарь. Тарзан рассмотрел их все. Больше всего ему понравились картинки, но и маленькие странные козявки, покрывавшие страницы, где не было рисунков, возбуждали в нем удивление и будили его мысль.
Сидя с поджатыми ногами на столе в хижине, построенной его отцом, склонившись всем своим ловким загорелым и стройным нагим телом над книгой, удерживаемой сильными. Будто выточенными из дерева или кости руками, этот маленький первобытный человек с густой гривой длинных черных волос, нависавших над блестящими умными глазами, представлял собою трогательное и замечательное живое олицетворение изначального стремления к свету знания сквозь черную ночь невежества.
Лицо его выражало мыслительное напряжение. Каким-то не поддающимся анализу путем, он уже нащупал ключ к столь смущавшей его загадке о таинственных маленьких козявках.
Перед ним лежал букварь, а в букваре был рисунок, изображавший маленькую обезьяну. Эта обезьяна походила на него самого, но, за исключением рук и лица, была покрыта каким-то забавным цветным мехом. Тарзан принимал за мех костюм человека! Над картинкой виднелись семь маленьких козявок:
М-а-л-ь-ч-и-к.