- Я не думал, что ты такой охотник спать, - саркастически заметил Филемон. - Но ты сейчас переменишь тон. Дело в том, что Гильйом нынешним вечером получил очень важное известие о военных действиях. Я захотел немедленно дать тебе знать об этом.
- Что же там такое происходит? - заинтересовался Арман.
- Во-первых, один известный тебе капитан гренадеров, принадлежащий шестьдесят второй полубригаде, за блистательную защиту дефиле в Альби пожалован в полковники главнокомандующим Массеной.
- Не обо мне ли вы говорите? - спросил Арман, и его глаза радостно заблестели. - Я не смею надеяться... Не могу поверить...
- Читай, - Филемон протянул ему печатный бюллетень. - Гильйом знал, что ты не поверишь на слово и принес доказательство.
Арман быстро пробежал глазами бумагу и возвратил ее старику, сказав с волнением:
- Вы правы, отец мой, это действительно хорошие и важные новости, и я очень благодарен вам за...
- Погоди, - прервал Филемон, - не слишком спеши радоваться: у медали есть и другая сторона, и то, что мне остается сказать тебе, наверное, вовсе не так тебе понравится... Короче, говоря, молодой человек, кажется, твое странное исчезновение после Альбийского сражения истолковано довольно дурно. Ходят самые постыдные слухи...
- Что это за слухи? - запальчиво спросил Арман.
- Сейчас узнаешь... Так вот, несколько дней назад австрийцы были изгнаны из Розенталя, и один отряд вашей полубригады расположился в деревне. Офицеры весьма настойчиво расспрашивали о тебе, а один из них даже ворвался в дом Гильйома, на который ему указали как на место твоего последнего убежища, и моего бедного управляющего засыпали вопросами...