-- Продать Бюшь? -- закричал он с жаром, взмахнув руками. -- Возможно ли это? А когда вы захотите поехать верхом?
-- Я не буду больше ездить верхом, любезный кавалер... И так как окрестные дороги не позволяют ездить в экипаже, я буду гулять пешком с вами, мои добрые друзья, -- продолжала Кристина сентиментальным тоном, протянув руки своим менторам. -- Я до сих пор была очень неблагодарна и очень зла к вам, я пренебрегала вашими благоразумными советами, я часто насмехалась над ними; простите мне... Несмотря на мое скверное поведение, я никогда не переставала вас уважать и любить.
Эти слова растрогали до слез Моньяка и монахиню. Кавалер почтительно поднес к губам протянутую ему руку. Сестра Маглоар с восторгом вскричала:
-- Милое дитя, как я рада видеть в вас подобные чувства. Небо исполнило наконец мои ежедневные молитвы. Однако берегитесь, дочь моя, не налагайте на себя жертвы, которые превзойдут ваши силы. Слишком быстрые перемены всегда очень болезненны!
-- Мы поговорим об этом, сестра моя, -- рассеянно перебила урсулинку Кристина. -- Мне хотелось бы узнать... -- она в замешательстве смолкла и лишь через несколько секунд завершила вопрос: -- Как здоровье раненого?
-- Вы, без сомнения, говорите об этом добром молодом человеке, -- спросила сестра Маглоар, -- о мосье Леонсе, который вчера оказал вам такую большую услугу, который защищал вас с таким мужеством и преданностью? Мы надеемся, что волнение и утомление этого жестокого дня не будут иметь пагубного влияния на него. Какое же безумство -- обмануть нашу бдительность, бегать по лесу, прежде чем силы воротились и зажила рана! Я видела его сегодня утром; плечо его заживает, и если б он мог успокоить свои тревожные мысли...
-- Я очень рада, что мосье Леонс не будет сожалеть о своей преданности мне, -- перебила Кристина холодно, -- вчерашний день оставил во мне другие угрызения. Я желала услышать...
-- Вы, вероятно, говорите о дворянине, который ранил себя по неосторожности охотничьим ножом? -- спросил кавалер. -- Никто более меня не желает, чтобы барон выздоровел скорее, я имею на это особенные причины, однако должен сознаться, что хирургу его рана кажется опасной.
-- О, Бог не допустит, чтобы он умер! -- сказала Кристина со вздохом, подняв глаза к небу. Через несколько минут она продолжила:
-- Оставьте меня, мои добрые друзья, я скоро приду в гостиную, где у нас еще есть гости... Сестра Маглоар, дочь лесничего, Марион Фаржо, придет сегодня утром в замок; прикажите тотчас привести ее ко мне... Я хочу поговорить с этой девушкой; я думаю, мы с ней теперь будем часто видеться.