-- Что вы, съ ума, что ли, сошли? Кувшинъ отличнаго вина! Не говоря уже о самомъ кувшинѣ, который стоитъ четыре флорина. У меня теперь нѣтъ другого!
-- Нѣтъ -- лучше,-- мрачно отвѣчалъ секретарь.-- Неужели ты думаешь побѣдить дьявола одними ударами? Ударь сначала по своимъ порокамъ, а потомъ ужъ по королю и папѣ!
Мастеръ Вейгандъ былъ еще достаточно трезвъ и не могъ не почувствовать справедливость этихъ словъ.
-- Не знаю, въ этомъ проклятомъ зельѣ есть что-то, что привораживаетъ человѣка. Должно быть, въ немъ самъ дьяволъ.
-- Именно, дьяволъ, мастеръ Вейгандъ, но больше въ насъ самихъ, чѣмъ въ винѣ.
-- Тутъ виновата еще эта проклятая рыба, отъ которой такъ хочется пить,-- продолжалъ кузнецъ, указывая на стоявшую на столѣ соленую рыбу.
Секретарь взялъ ее и бросилъ въ огонь.
-- Теперь она не будетъ больше возбуждать у тебя жажды.
Кузнецъ опять едва не разсердился, но снова преодолѣлъ себя.
-- Пропалъ ужинъ!-- сказалъ онъ съ дѣланнымъ смѣхомъ.