-- Его будутъ вѣшать,-- сказала одна изъ дѣвушекъ, шедшихъ впереди нея.
-- Нѣтъ, ему отрубятъ голову,-- отвѣчала другая.-- Онъ вѣдь принадлежитъ къ совѣту.
-- А я тебѣ говорю, что его повѣсятъ,-- твердила первая.-- Это все равно, что онъ городской секретарь, но за воровство полагается висѣлица.
-- Однако убійство отца Маркварда тоже что-нибудь да значитъ. Говорятъ, что онъ убилъ его потому, что тотъ ходилъ къ его матери.
-- Ну, если это такъ, то ему пришлось бы убить слишкомъ много народу. Старуха, конечно, не святая, но могла бы держать себя и получше. Нѣтъ, увидишь, его повѣсятъ. Пройдемъ впередъ!
-- Не будь такой жестокой, Метгильда, а то будутъ говорить, что ты недаромъ ненавидишь его.
-- Почему это недаромъ?
-- Говорятъ, что ты ухаживала за нимъ, какъ только могла, но онъ почему-то не обращалъ на тебя вниманія.
-- Вотъ вранье!-- закричала раздраженная дѣвушка.-- Кто это сказалъ? Ухаживать за нимъ -- за воромъ!
Женщина, шедшая сзади, слышала каждое ихъ слово: толпа запрудила улицу, и обѣ дѣвушки должны были остановиться впереди нея.