Несмотря на это, блѣдная женщина съ горящими глазами черезъ полчаса была уже въ монастырѣ августинцевъ, гдѣ находилась резиденція короля, и, не желая ничего слушать, добивалась пропуска къ нему.
Покинувъ паперть, она, какъ испуганная, бѣжала по улицамъ, толкая всѣхъ направо и налѣво. Ее бранили, но она не обращала вниманія и продолжала работать локтями, пока не достигла мѣста назначенія. Видъ стражи и императорскаго орла надъ воротами монастыря заставилъ ее остановиться. Она попробовала собрать свои мысли. Дрожащими пальцами она оправила платье.
Не зная, какъ проникнуть въ ворота, она стояла и смотрѣла на стражу. Король былъ довольно доступенъ, и женщины иногда позволяли себѣ съ нимъ большія вольности. Въ Страссбургѣ веселыя дѣвицы ходили къ нему прямо въ спальню, вытаскивали его оттуда въ одной рубашкѣ и заставляли танцовать съ ними на улицѣ. Но въ Констанцѣ приходилось держать себя иначе. Здѣсь король долженъ былъ показываться во всемъ блескѣ своего сана. Онъ рѣдко выходилъ безъ свиты, и у его дверей всегда стояла стража.
У фрау Штейнъ было нѣсколько плановъ проникнуть къ нему, но всѣ они оказались неосуществимы. Не зная, что дѣлать, она подошла къ стражѣ. Но не успѣла она еще заговорить съ ними, какъ тѣ осыпали ее насмѣшками.
-- Неудобное время вы выбрали, прекрасная особа,-- захихикалъ одинъ.-- Приходите вечеромъ, когда будетъ потемнѣе.
-- Днемъ!-- закричалъ другой съ дѣланнымъ негодованіемъ.-- Какого же вы мнѣнія о его величествѣ? Вокругъ него столько святыхъ прелатовъ, которые караулятъ каждый его шагъ.
Фрау Штейнъ густо покраснѣла и готова была уже дать имъ сдачи, какъ вдругъ увидѣла личнаго друга короля Эбергарда Виндека, который какъ разъ подходилъ къ воротамъ. Она знала его давно. Бросившись къ нему, она схватила его за рукава, умоляя о помощи. Видя ея возбужденное состояніе и боясь какой-нибудь сумасбродной выходки съ ея стороны, Виндекъ взялъ ее съ собой. Пока они поднимались но прохладной лѣстницѣ, она успѣла разсказать ему всю исторію. Движимый жалостью и стараясь съ другой стороны выгородить себя изъ этого дѣла, Виндекъ оставилъ ее въ коридорѣ въ расчетѣ, что король, выйдя изъ своихъ аннартаментовъ, самъ встрѣтитъ ее и, такимъ образомъ, ши, Виндекъ, окажется въ стороцѣ.
Такъ оно и случилось. Какъ только фрау Штейнъ увидѣла въ концѣ коридора огненную бороду короля, она бросилась впередъ и упала къ его ногамъ.
Сигизмундъ вздрогнулъ и нахмурился. Онъ не любилъ такихъ сценъ. Но она крѣпко обнимала его колѣни, и уйти отъ нея онъ не могъ. Виндекъ сдѣлалъ было видъ, что хочетъ отогнать ее, но отъ этого ея движенія стали еще сильнѣе и живѣе.
-- Правосудія!-- кричала она, изливъ передъ королемъ свое горе.-- Правосудія для вашей собственной крови, для вашего сына! Годы, конечно, стерли намять обо мнѣ, хотя вы и клялись, что никогда не забудете меня.