-- Ты не очень разговорчивъ, Магнусъ. Нашъ гость можетъ подумать, что ты не радъ его посѣщенію.
Сынъ поднялъ на нее глаза, въ которыхъ мелькалъ огонекъ.
-- Я не радъ его посѣщенію! Слишкомъ даже много чести для меня принимать у себя человѣка такой чистоты и добродѣтели, который несетъ за собой благословеніе Господне въ каждую семью, которую онъ удостаиваетъ своимъ посѣщеніемъ! Вѣдь за его благоденствіе возносятся горячія молитвы по всему городу Констанцу.
Иронія была ужасна, ибо отецъ Марквардъ пользовался самой дурной репутаціей въ городѣ.
Фрау Штейнъ поблѣднѣла, да и самъ монахъ былъ смущенъ. Онъ чувствовалъ себя въ полной безопасности, пока эта безопасность зависѣла отъ страха народнаго. Но въ манерахъ сидѣвшаго передъ нимъ человѣка было что-то такое, что заставляло его нервничать, хотя онъ и не чувствовалъ себя въ опасности. Поэтому онъ отвѣчалъ ему съ большей сдержанностью и осторожностью, чѣмъ сдѣлалъ бы это со всякимъ другимъ.
-- Вамъ угодно преувеличивать мои достоинства, высокоблагородный господинъ секретаріусъ,-- мягко отвѣчалъ онъ, стараясь не глядѣть въ горящіе глаза собесѣдника.-- Я только бѣдный монахъ и по мѣрѣ силъ служу Господу.
Опять наступила пауза.
Наконецъ отецъ Марквардъ всталъ изъ-за стола.
-- Нужно проститься съ вами, фрау Штейнъ. Я знаю, что это неучтиво бѣжать сейчасъ же послѣ обѣда, но за мной присылалъ епископъ и мнѣ нужно побывать у него до двухъ часовъ. Поэтому прошу извинить меня. Сердечно вамъ благодаренъ.
-- Я знаю, что обязанность хозяйки -- удерживать гостей,-- возразила фрау Штейнъ.-- Боюсь, однако, что нашъ домъ не можетъ служить приманкой для такого человѣка, какъ вы. Не понимаю, что сдѣлалось съ Магнусомъ. Я почти увѣрена, что онъ влюбленъ. Онъ обыкновенно не бываетъ такимъ угрюмымъ.