Болѣе благопріятное отношеніе частныхъ земель въ сѣверныхъ губерніяхъ уравновѣшивается болѣе плохой почвой и вліяніе климата остается замѣтнымъ. Если для сравненія взять еще рядъ губерній, лежащихъ непосредственно къ югу отъ южнаго ряда, т. е. губерніи Черниговскую, Орловскую, Тамбовскую и Саратовскую, въ которыхъ кромѣ того и количество помѣщичьихъ земель незначительнѣе, то цифры будутъ еще рѣзче
Въ слѣдующихъ затѣмъ пяти губерніяхъ Курской, Полтавской, Харьковской, Воронежской и Войскѣ Донскомъ цифры таковы:
5-й южный рядъ. 41 -- 28 -- 26 -- 23 -- 20 41 -- 40 -- 37 -- 30 -- 26
Вообще вліяніе южнаго климата, хотя не очень значительно, все-таки замѣтно: пять самыхъ сѣверныхъ губерній, гдѣ всего менѣе частныхъ земель, неожиданно представляютъ самое благопріятное отношеніе послѣ 5-го южнаго ряда; вотъ оно:
крайн. сѣв. рядъ 30 -- 27 -- 26 -- 25 -- 21 62 -- 37 -- 34 -- 23 -- 20
Петербургская, Новгородская, Олонецкая, Вологодская, Архангельская.}. Вся Саратовская губернія находится на правой сторонѣ Волги, въ мѣстностяхъ болѣе отдаленныхъ отъ песчаныхъ степей. Вотъ сколько благопріятныхъ обстоятельствъ соединяется въ Саратовской губерніи и соединяется, чтобы породить такую же смертность (одинъ изъ двадцати осьми), какая существуетъ между англійскими нищими, смертность такую значительную, какой не встрѣчается въ самыхъ бѣдныхъ департаментахъ Франціи. Въ нашемъ жалкомъ положеніи мы должны радоваться и такому результату; смертность въ Самарской губерніи ниже той, которая встрѣчается въ самыхъ ужасныхъ кварталахъ Лондона, гдѣ умираетъ одинъ изъ двадцати пяти. Въ этомъ печальномъ результатѣ какая доля можетъ быть приписана несчастнымъ случайностямъ? Въ подобныхъ цифрахъ колебаніе вообще весьма незначительно; во Франціи, въ разныхъ мѣстностяхъ, въ теченіе пятнадцати лѣтъ съ 1836 по 1851 годъ колебаніе было отъ 37 до 39 и отъ 41 до 44, въ Парижѣ отъ 35.93 до 38.18. Въ Вологодской губерніи съ 1846 по 1864 годъ мы видимъ колебаніе отъ 25 до 28, въ Пермской губерніи въ разные годы колебаніе было отъ 18 до 23. Если предположить, что приведенная выше смертность обнаружилась въ Саратовской губерніи подъ вліяніемъ самыхъ неблагопріятныхъ обстоятельствъ и что въ самый благопріятный годъ она дастъ самую большую разницу и окажется одинъ умершій на 33 человѣка, то этотъ самый благопріятный годъ будетъ все-таки еще далекъ отъ средняго уровня смертности въ цивилизованныхъ государствахъ Европы: Англіи (45), Франціи (42) и Пруссіи (38): что же, если окажется наоборотъ, что приведенная смертность самая благопріятная, тогда самый неблагопріятный случай (1 изъ 23) представитъ смертность болѣе значительную, чѣмъ въ самыхъ ужасныхъ кварталахъ Лондона (1 изъ 25).
Пустимся далѣе въ путь, посмотримъ, что намъ покажетъ черноземная полоса между Волгой, Окою и Дономъ. Безлѣсіе мало отражается на постройкахъ въ селеніяхъ Астраханской губерніи, расположенныхъ вдоль береговъ Волги, но оно невольно бросается въ глаза въ безлѣсныхъ степяхъ между Волгою и Дономъ -- крошечныя избы въ два окна имѣютъ видъ миніатюрныхъ построекъ. Бревенчатыя избы имѣютъ видъ игрушекъ, а смазанныя снаружи глиною и окрашенныя бѣлымъ, онѣ чисты и привлекательны, несмотря на то, что похожи на жилища пигмеевъ, а не высокорослыхъ людей. Если не знать причину, то можно подумать, что тутъ живетъ самый бѣдный и несчастный народъ; но и человѣкъ знакомый съ причиной, входя безпрерывно въ угарныя избы, не можетъ удержаться отъ мысли о томъ, сколько тутъ причиняется страданій безлѣсіемъ. Нѣсколько утѣшаютъ другіе признаки благосостоянія, напр. скотъ и лошади несравненно лучшаго вида, чѣмъ въ Астраханской или въ Самарской губерніи. Подвигаясь вверхъ по Тамбовской губерніи, начинаешь замѣчать и постепенное улучшеніе въ постройкахъ. Войдешь вечеромъ, зимою, въ одну изъ самыхъ большихъ избъ въ деревнѣ: на треножникѣ воткнута лучина и она освѣщаетъ обширное и мрачное помѣщеніе. Неожиданно очутившись въ ней при такомъ освѣщеніи, можно принять ее за мрачную средневѣковую тюрьму -- вѣроятно даже и въ средніе вѣка было мало тюремъ, которыя по своей грозной мрачности были бы похожи на это жилище свободныхъ людей -- оно въ одно и тоже время напоминало и тюрьму и развалину какого-нибудь башеннаго помѣщенія. Маленькія окна навязывали мысль о башнѣ, стѣны покрыты были густымъ слоемъ копоти, полъ еще болѣе густымъ слоемъ грязи, онъ даже не имѣлъ вида грязнаго пола, можно было и не догадаться, что это были деревянныя доски, а принять ихъ за темносѣрую массу неизвѣстнаго вещества. Въ немъ были огромныя дыры, длиною до трехъ четвертей аршина и шириною въ два и три вершка. Изъ этихъ дыръ вѣтеръ вырывался иногда съ такою силою, что грозилъ задуть лучину; въ нихъ постоянно проваливались горящіе угли лучины и хозяева безпрерывно бѣгали и лили подъ полъ воду, чтобы ихъ затушить; сырость изъ-подъ полу производила затхлый угаръ. Весь потолокъ былъ покрытъ сплошною массою бѣлаго инея и въ избѣ было такъ холодно, что невозможно было согрѣться даже въ шубѣ. Зеленыя лица и красные носы дѣтей показывали, что они должны были выносить. Въ этой избѣ жили люди, пользовавшіеся нѣкоторымъ достаткомъ -- это были ямщики-работники. Пусть вообразятъ себѣ послѣ этого, что происходитъ въ избахъ бѣдныхъ людей. Ба вопросъ о томъ, какую они получаютъ заработную плату, я получилъ отвѣтъ -- пять рублей въ мѣсяцъ. Отвѣтъ этотъ болѣзненно отозвался во мнѣ. Разъѣзжая по Россіи, я неоднократно замѣчалъ однообразную заработную плату въ самыхъ разнородныхъ мѣстностяхъ, съ самыми различными потребностями и цѣнами на хлѣбъ -- казалось заработная плата была повсемѣстно закована кѣмъ-то въ одну форму, въ то время какъ цѣны произведеній остались свободными. Сапожный и портной подмастерье заработываетъ около шести рублей въ Астрахани, въ Вологдѣ и даже въ Кузнецкѣ, Томской губерніи: поштучная плата за сапоги рубль тридцать копѣекъ въ Тверской губерніи и въ Томскѣ. Пять рублей въ мѣсяцъ для ямщика я встрѣчалъ въ самыхъ разнородныхъ мѣстностяхъ черноземной, промышленной и многоземельной Россіи, десять рублей въ мѣсяцъ на золотыхъ промыслахъ въ Томской и въ Пермской губерніи. За рейсъ въ верхнихъ частяхъ Оки отъ орловскихъ и мценскихъ пристаней до Калуги и Коломны обыкновенная плата четыре рубля, за рейсъ по Унжѣ и Волгѣ изъ Вологодской губерніи до Юрьевца, Макарья и даже до Нижняго женщина получаетъ два рубля пятьдесятъ копѣекъ, мужчина -- четыре рубля. при этомъ работаютъ до совершеннаго изнуренія силъ и назадъ идутъ пѣшкомъ. Хозяинъ, который долженъ содержать рабочихъ во время всего пути туда и обратно, торопится безмѣрно, чтобы уменьшить свои издержки, идутъ по осьмидесяти верстъ въ сутки, проселочными дорогами и тропами; приходится порою идти верстъ тридцать водою и грязью выше колѣна. Женщины до такой степени изнуряются этими форсированными маршами, что наконецъ дѣлаются рѣшительно неспособными слѣдовать за партіею, остаются и продолжаютъ путь уже на собственный счетъ. Вотъ образецъ труда того работника, котораго такъ постоянно упрекаютъ въ лѣни. Что значатъ эти факты, для чего работникъ несетъ непосильный трудъ за одинаковую плату, въ такой разнородной обстановкѣ? Не много нужно подумать, чтобы добраться до причины: работникъ трудится и изнуряетъ себя непосильной работой не для того, чтобы достигнуть благосостоянія и обезпечить свое семейство, не для того, чтобы усиленнымъ трудомъ увеличить свои наслажденія или достигнуть прочнаго благополучія, а единственно и исключительно для того, чтобы уплачивать оброки и сборы -- эти оброки и сборы на всемъ пространствѣ Руси почти одинаковы, вотъ источникъ этого единообразія въ заработной платѣ. Его собственное благосостояніе отступаетъ при этомъ на самый послѣдній планъ, онъ готовъ все вынести, готовъ наложить всякую обузу, всѣ лишенія на членовъ своего семейства, лишь бы только главная цѣль была достигнута, явилась возможность къ уплатѣ оброковъ и сборовъ. Съ этою цѣлью онъ нерѣдко отпускаетъ свою дочь, молоденькую дѣвушку, одну для сплава плотовъ. Изнемогая подъ тяжестью совершенно непосильной для нея работы, это несчастное существо дѣлается предметомъ всевозможныхъ притѣсненій; для огражденія себя отъ всѣхъ этихъ золъ она не имѣетъ ни достаточной опытности, ни силы воли; среди распущенныхъ мужчинъ, съ которыми она должна проводить постоянно и дни и ночи, она дѣлается невольной жертвою развратныхъ покушеній. У насъ такъ привыкли къ подобнымъ явленіямъ, что смотрятъ на нихъ съ какимъ-то страннымъ хладнокровіемъ; полагаютъ даже, что въ Россіи рабочій народъ равнодушенъ къ нравственности въ половыхъ отношеніяхъ. Подобную вещь можетъ сказать про русскаго работника только поверхностный наблюдатель. Вездѣ, гдѣ я встрѣчалъ дѣйствительное благосостояніе въ рабочемъ классѣ, я встрѣчалъ и строгіе нравы въ половыхъ отношеніяхъ, я встрѣчалъ ихъ нетолько въ отдаленныхъ глухихъ мѣстностяхъ, гдѣ по поверхностному мнѣнію нѣкоторыхъ экономистовъ и моралистовъ отсутствіе соблазна охраняетъ отъ разврата, я встрѣчалъ ихъ между земледѣльческимъ населеніемъ въ окрестностяхъ Петербурга, и въ самомъ Петербургѣ, среди петербургскихъ мѣщанъ, т. е. самаго богатаго класса петербургскихъ работниковъ. Земледѣлецъ изъ подобныхъ деревень Петербургской губерніи, мѣщанинъ изъ хорошаго семейства счелъ бы себя въ высшей степени несчастливымъ и униженнымъ, еслибы ему случилось жениться на дѣвушкѣ, которая уже знала любовь. Съ подобными же понятіями кружки разсѣяны по всему лицу русской земли, можно быть вполнѣ увѣреннымъ, что въ каждомъ значительномъ городѣ найдутся подобные кружки. Тамъ, гдѣ встрѣчается благосостояніе, но только на болѣе низкой степени, тамъ встрѣчаются нравы, которые извѣстны и въ Европѣ, дѣвушка нерѣдко узнаетъ любовь и до брака, но она рѣшается вступать въ связь только съ тѣмъ человѣкомъ, который впослѣдствіи на ней женится. Въ громадномъ большинствѣ случаевъ работникъ дотого бѣденъ, несчастливъ и униженъ, что ему не до приличій, онъ не можетъ думать о томъ, какъ бы ограждать свою дочь отъ положеній, въ которыхъ она волею или неволею увлекается на тяжкій для бѣдной, трудящейся женщины путь растлѣнія и разврата,-- онъ ее ставитъ во всякое положеніе, гдѣ только можно что-нибудь заработать. Конечно женщина, окунувшаяся въ тотъ омутъ, гдѣ безраздѣльно царитъ растлѣніе нравовъ, со страстью предается пороку, но вѣдь и воръ со страстью предается воровству; но неужели жизнь вора, эта жизнь полная лишеній и опасностей, можетъ показаться кому-нибудь заманчивою? Никто не позавидуетъ человѣку пьющему запоемъ, вору или развратницѣ, несмотря на неодолимую страсть, съ которою они предаются своему дѣлу. Нѣтъ, только бѣдность и крайняя степень униженія и необходимости толкаетъ несчастный русскій рабочій народъ на эту жалкую дорогу. Когда я встрѣчалъ образованнаго человѣка, который съ улыбкою говорилъ о нашихъ крестьянкахъ, добывающихъ себѣ наряды развратомъ, я чувствовалъ невольное презрѣніе къ ничтожеству этого псевдо-образованнаго члена нашего общества.
Проѣзжая по хуторамъ Земли Войска Донскаго, по Воронежской губерніи и по многолюднымъ селеніямъ губерніи Тамбовской, легко замѣтить разницу въ густотѣ населенія, не трудно замѣтить также разницу въ лѣсномъ богатствѣ. Приближаясь къ сѣверу въ обширныхъ селеніяхъ Тамбовской губерніи миніатюрные домики замѣняются трехъ- и двухъоконными избами, которыя такъ часто приходилось видѣть въ восточной Россіи. Не нужно также особой наблюдательности, чтобы рѣзко отличить постройки Тамбовской губерніи нетолько отъ построекъ сѣверной лѣсной полосы, но и отъ селеній лѣсистыхъ мѣстностей восточной Россіи. Наконецъ можно замѣтить лучшее качество скота въ Землѣ Войска Донскаго, но рѣшительно невозможно угадать, что находишься въ одной изъ тѣхъ мѣстностей Россіи, въ которыхъ рабочій классъ пользуется наибольшимъ благосостояніемъ и находится въ наиболѣе благопріятныхъ условіяхъ,-- такъ незначительна разница между его страданіями и его благоденствіемъ; ни въ хуторахъ Земли Войска Донскаго, ни въ большихъ селахъ Тамбовской губерніи нельзя найти путешественнику мяса или сколько-нибудь сносной пищи даже зимою; ничего кромѣ мелкой и дрянной рыбы, которою лакомятся крестьяне. Мой спутникъ имѣлъ въ одномъ многолюдномъ селѣ Тамбовской губерніи жену и родственниковъ, съ которыми онъ встрѣтился послѣ многолѣтней разлуки; это было въ декабрѣ мѣсяцѣ, онъ и его родственники употребили всѣ усилія, чтобы отыскать въ селѣ мясо или рыбу, но усилія были напрасны и они достали мнѣ курицу, которая была заколота исключительно для меня; когда она была приготовлена, я не могъ надивиться ея худобѣ. Между тѣмъ въ этихъ губерніяхъ соединяется все, что можетъ способствовать благосостоянію работника въ Россіи: южное положеніе, хорошая почва, значительное количество пашенъ, значительное количество скота, относительно небольшое количество частныхъ земель и большое городское населеніе; одного только у нихъ недостаетъ, это лѣснаго богатства, но этотъ недостатокъ съ лихвою вознаграждается другими преимуществами. По количеству пахотныхъ земель Земля Войска Донскаго и Тамбовская губернія занимаютъ одни изъ первыхъ мѣстъ; въ то время какъ въ Россіи на четыре человѣка населенія приходится менѣе одной лошади, въ Тамбовской губерніи на два съ половиною приходится болѣе одной лошади {Количество скота имѣетъ въ Россіи одно изъ самыхъ рѣшительныхъ вліяній на благосостояніе рабочаго населенія Россіи. Сравненіе тридцати шести губерній даетъ слѣдующіе результаты.
