Непременным долгом поставляя уведомить ваше сиятельство о сем великодушном намерении государя императора, обращаюсь к вам с покорнейшею просьбой почтить меня извещением о том, какие монаршие щедроты находили бы вы приличными настоящему положению госпожи Грибоедовой".
Сообщение это вызвало со стороны графа Паскевича ответ, от 15 мая, следующего содержания:
"Ваше сиятельство уведомить меня изволили, что его императорскому величеству благоугодно знать мнение мое касательно вознаграждения жене бывшего посланника нашего при персидском дворе, статского советника Грибоедова за имущество его, разграбленное в Тегеране при его убийстве.
Вместе с отношением вашим по сему предмету, получил я письмо от московского губернского предводителя дворянства. Из оного вы усмотреть изволите, что мать Грибоедова, употребив большую часть имущества на воспитание единственного сына, дабы сделать его полезным для службы, впала в неоплатные долги и расстроила до того состояние свое, что в последние годы покойный уделял ей часть своего жалованья. Со смертью его лишилась и сей малой помощи; при болезни и старости, она остается без всяких средств к содержанию.
Жена Грибоедова находится в положении, не менее плачевном. Получив пагубное известие о его смерти, она разрешилась раньше времени младенцем, который жил только несколько часов. Таким образом, потеряв все и не имея никакого средства, она должна испытывать все нужды, с бедностью сопряженные.
Движимая собственность Грибоедова, наличные деньги и банковые билеты разграблены в Тегеране; все, в чем состояло имущество покойного, составляло около 60 т. руб. ассигнациями. Четвертая часть сего имения принадлежала бы по закону вдове его, а остальные три части сестре Грибоедова, ближайшей по нем наследнице.
Во исполнение вышеизъявленного высочайшего соизволения, уведомляя о сем ваше сиятельство, по милосердному вниманию всемилостивейшим государем в память покойного Грибоедова оказываемому, и по заслугам его, которые в полной мере вам известны, осмеливаюсь думать, что справедливо бы было, сверх удовлетворения наследников Грибоедова за помянутое имущество, в Тегеране неистовою чернью расхищенное, оказать особенное пособие двум ближайшим по родству к покойнику лицам -- вдове его и матери, в крайнем положении находящимся, назначив первой из них пожизненный пенсион в 1000 червонцев в год, что составляет 6-ю часть жалованья, получаемого ее мужем; последней же для заплаты хотя некоторой части долгов и во уважение того, что из предполагаемого вознаграждения наследникам Грибоедова за разграбленное имущество по закону она не может воспользоваться никакой частью, единовременно 30 тысяч ассигнациями.
Всемилостивейшее воззрение его императорского величества на судьбу родственников статского советника Грибоедова и собственное выше благорасположение, коим пользовался всегда покойный, обнадеживают меня, что вы не откажете благосклонным содействием вашим к облегчению участи жены его и матери, в самом горестном состоянии остающимся".
Ходатайство графа Паскевича было небезуспешное: в январе следующего, 1830 года получено уведомление графа Нессельроде о назначении вдове и матери Грибоедова, каждой по 5000 руб. асс. ежегодно пенсии и, сверх того, единовременно по 30 т. руб. асс. Спустя почти двадцать лет, а именно в августе 1849 года, пенсия Нины Александровны, благодаря ходатайству тогдашнего наместника Кавказского князя М.С. Воронцова была увеличена на 570 р. 50 к., так что она с этого времени вместо 5000 асс. получала 2000 р. серебром, (письмо графа Вронченко к князю Воронцову от 19 августа 1849 г.).
Нина Александровна, верная первой любви и драгоценной памяти первого своего супруга, осталась вдовой до самой смерти, последовавшей летом 1857 года. Она скончалась от холеры и погребена при церкви святого Давида, рядом с мужем.