-- Подавай! -- закричал разбойник громовым голосом. Еврей отдал ему кошелек, но все еще держался за ремешок.
-- Не погуби, не разори,-- вопил он,-- будь ласков!
-- Я тебя приласкаю,-- зверски сказал Яся, ударив жида по руке.-- Ну, Лейба, душа твоя у меня в кармане -- пора и туловище записать в расход. Лучше и не теряй слов на ветер! Пусти тебя живого, так не оберешься хлопот да жалоб,-- а по мертвом жиде не поют панихид ни монахи, ни судьи! -- Он медленно поднял дуло, забавляясь отчаянием несчастного. Видя это, сидящая в углу девушка с воплем кинулась удержать руку убийцы.
-- На то ли вы томите меня в неволе, чтобы кроме своих горестей быть свидетельницею злодейства!
-- Прочь,-- вскричал с негодованием Яся, отталкивая ее,-- прочь, если не хочешь камня на шею и в пруд головой! Что ты, матушка, дала волю этой девчонке -- благо полюбилась брату Яну плакса негодная. Прочь, говорю!
Старуха схватила пленницу, желая ее вытащить, та упиралась, жид кричал -- эта борьба раздражила разбойника -- он вытащил его на средину -- и упер дуло в грудь.
-- Помилуй! -- шептал полумертвый жид.
-- Спасите! помогите! -- восклицала девушка.
-- Это она! -- произнес кто-то под окном; выстрел сверкнул, и разбойник безгласен упал на землю. Стрельцы на этот знак со всех сторон ворвались в дом и в село. Крайняя изба запылала, чтоб отманить мужчин на пожар. Вопль испуганных женщин, плач детей, крики грабежа, завыванье собак, выстрелы и звон оружия раздавались на улице; зарево играло в небе. Наконец всё уступило отваге -- вооруженные и безоружные бежали в лес. Стрельцы таскали рухлядь, выводили скотину, ловили птиц,-- одним словом, поступали по-военному. Агарев с распростертыми объятиями бежал к другу.
-- Поздравляю, брат, поздравляю,-- кричал он издали,-- наконец ты нашел свою Вариньку!