______________________
В 1741 году, представляя замечания на данную ему инструкцию по случаю смут калмыцких, Татищев жаловался на то, что геодезисты бесплодно живут третий год по провинциям, и что прекратилось собирание исторических документов из архивов, которое поручено было в некоторых городах этим же самым геодезистам*. К царствованию императрицы Анны относится сообщение Татищевым в академию образчиков своих историко-географических работ; сообщение это сопровождалось "изъяснением на посланные начала исторические"**. В этом изъяснении он считает нужным восстановить исторические имена областей, вместо названий губерний по городам; восстановить Петровское деление на губернии и вицегубернии; отделить города, очень отдаленные от провинциальных, в особые провинции; уничтожить чересполосицу уездов. В этом же изъяснении сообщает о приготовляемом им словаре географическом и задуманном историческом. Это представление Татищева заключает в себе несколько любопытных указаний на современные ему обстоятельства; так, между прочим, здесь находим известие о том, что при Петре некоторые из губернаторов "по захватчивости" присоединили к своим губерниям области, которым не следовало бы к ним принадлежать: Меншиков -- Тверь и Ярославль к Петербургу; Апраксин -- Касимов к Азову*** и так далее. Изъяснение это Татищев оканчивает вечным грустным указанием на зложелателей: "ведаю наперед, -- говорит он, -- что некоторые будут недовольны, что я, иногда не закрывая истины, некоторые обстоятельства положил, токмо -- вспомня Павла св. слова: "творяй благая не боится власти", чему и Низианзен согласуя сказует: закон храня страхи вон извержения -- на всех не угодить, понеже болящему желчию и мед горек, но здравый умом сладость обретает".
______________________
* "В.Н. Татищев", 440 -- 441. В библиотеке Татищева хранились выписки из архивов: казанского, астраханского, томского, тарского. -- "Нов. иэв. о Татищеве" 59.
** "Изъяснения" у Н.А. Полова, np. XII, а один из образчиков под заглавием "Россия или как ныне зовут Руссия" в Ж. М. В. Д. 1839 г. Напрасно Н.А. Попов скептически относится к этому отрывку, называя его "приписываемым Татищеву" (443); принадлежность его Татищеву несомненна, и он стоит в непосредственной связи с напечатанным им "Изъяснением". В этом последнем он указывает на необходимость сохранитъ в административном разделении следы истории, а в "России" представляет план подобного историко-географического разделения: губерния Петербургская называется -- Великорусская, Московская -- Белорусская, Казанская -- Болгарская и т.д.
*** В другом же сочинении Татищев объясняет этот факт подробнее: он говорит, что Меншиков приписал "Ярославль для богатого купечества; Тверь для его свойственников, в посаде бывших". Там же он указывает еще причину чересполосицы: "оное поручено было секретарям, которые, хотя выше объявленных наук не слыхали, но к собранию богатств весьма хитрые; оные довольно при сем росписании свою пользу хранили и после города, по щедрым просьбам, из одной провинции в другую переписывали". -- "Утро", 379.
______________________
Словарь, о котором упоминает Татищев, не был доведен им до конца, а остановился на букве К и издан уже после его смерти*. Словарь этот составился из заметок о разных предметах, которые могли бы требовать объяснения: сюда входят русские географические названия древние и новые, названия должностей, юридические термины, названия вооружений, монет и т.п. Как первый опыт в своем роде, словарь Татищева в высшей степени замечателен, и ни Полунин, ни Максимович, составившие чисто географические словари, не могли упразднить пользы татищевского словаря даже в то время, когда он был издан**. Для современного исследования словарь Татищева служит не только памятником состояния науки в его время, но и обильным источником для изучения этого времени, в чем читатель мог уже убедиться из предлагаемой статьи, для которой нередко приходилось обращаться за объяснениями к "Лексикону" Татищева. К сожалению, он оставил мысль о словаре биографическом***. Тогда мы имели бы образчик того словаря отчизноведения, какой в последние годы замышлял незабвенный труженик М.Д. Хмыров и который совершить не удалось и ему. Самая мысль о трудах, подобных которым в России еще не было и для которых не было собрано никаких материалов, свидетельствует о той умственной высоте, на которой стоял Татищев, и о том редком понимании именно тех задач, разрешение которых потребно и желательно в данную минуту. Если некоторыми своими начинаниями Татищев как будто доказал справедливость пословицы: "один в поле не воин", то все-таки многое в его деятельности свидетельствует о том, что и один может сделать много, хотя, конечно, не может сделать всего, что желал бы сделать. Появись лексикон Татищева в наше время, мы могли бы требовать от него и большей полноты, и большей обстоятельности; но для своего времени он является изумительным подвигом настойчивого трудолюбия, и нас удивляет не то, что Татищев не довел до конца своего подвига, но то, как многое успел он совершить****.
______________________
* "Лексикон российский исторический, географический, политический и гражданский". 3 т., СПб., 1793. Не понимаю, отчего Н.А. Попов, ссылающийся часто на "Лексикон", сказал в прим. 153: "Лексикон Татищева издан уже в нынешнем столетии".