-- Ничего, милэди,-- былъ уклончивый отвѣтъ,-- но только я осталась одна съ своимъ малюткой и приняла дѣвическое имя, и надѣюсь, что никогда его больше не увижу.
-- А потомъ?
-- А потомъ онъ разыскалъ меня. Ну, а теперь... онъ умеръ.
Каждый замѣчалъ, вѣроятно, какую любовь питаютъ женщины къ избитымъ афоризмамъ. Они никогда не утрачиваютъ свою соль на ихъ вкусъ. А потому весьма естественно, что лэди Мильдредъ внушительно замѣтила:
-- Если отъ грѣха нельзя иначе спастись, какъ смертью, то лучше умереть.
-- Хорошо только, если умретъ грѣшникъ,-- отвѣтила Эстеръ,-- потому что еслибы я умерла, то что бы было съ бѣдными дѣтьми?
-- Гдѣ твои дѣти, Эстеръ? и сколько ихъ у тебя?
-- Полли, которую зовутъ Марла,-- произнесла духомъ Эстеръ, точно эти четыре слова составляли одно сплошное имя,-- совсѣмъ еще крошечка. Она играетъ тутъ, гдѣ-то, около бѣлья.
Она вышла на солнце и, заслонивъ глаза рукой, закричала:
-- Полли! Полли! бѣги къ мамѣ!