-- И все-таки пустяки! настаивалъ Поль безпечно. Будемте лучше завтракать. Люди лишились денегъ. Кто располагалъ ничего не дѣлать всю жизнь -- долженъ теперь работать. Кто думалъ ходить въ шелку, будетъ носить ситецъ. Кто ожидалъ, что умретъ у себя дома, умретъ теперь въ рабочемъ домѣ...
-- Поль, перебила лэди Августа, не будьте такъ возвышенны съ нами. Подумайте... подумайте, что не всѣ мы поднялись до вашего уровня. Будьте терпѣливы съ нами.
Но Поль съ нетерпѣніемъ покачалъ головой.
-- Столько шуму, сказалъ онъ, изъ-за денегъ!
-- Моя компанія! отвѣчалъ м-ръ Бруденель. Имя моего отца... банкротство... раззореніе. Дѣтскія деньги пропали!.. Цецилія, ты нищая, моя душа! Томъ, твой опекунъ вышвырнулъ за окно твой капиталъ, и теперь ты долженъ работать головой и руками.
-- Тѣмъ лучше для Тома! замѣтилъ Поль.
-- Почему они не помогли намъ? спросилъ м-ръ Бруденель. Они должны были намъ помочь. Что они для насъ сдѣлали? Ничего! Что они могутъ для насъ сдѣлать? ничего!
Поль подошелъ къ буфету и взялъ ветчины.
-- Чудесная ветчина, сказалъ онъ. Англійская ветчина рѣшительно всѣхъ лучше, хотя въ Россіи я тоже ѣдалъ отличную ветчину.
Никто не отвѣчалъ. Нѣкоторые подумали, что такое поведеніе бездушно.