-- Что же ты теперь предполагаешь дѣлать, Томъ?
-- Я, конечно, изобличу его. Я воспользуюсь завтрашнимъ вечеромъ, когда весь свѣтъ будетъ восхищаться тѣмъ, какимъ чудомъ наши капиталы были спасены и возвращены намъ, и объясню, какъ это было сдѣлано.
-- Ты не знаешь, вернетъ ли онъ намъ деньги.
-- Я въ этомъ увѣренъ. У меня есть своя собственная теорія относительно его плановъ... и грабежъ тутъ не при чемъ.
-- А какъ же объяснить исторію съ остъиндской газетой, Томъ?
-- Фокуса съ остъиндской газетой я не понимаю. Но мало ли непонятныхъ вещей.
-- Я рада, что его изловили. Рада, что его изобличатъ. Но повѣритъ ли папа въ твое объясненіе? откажется ли онъ отъ вѣры въ своего новаго пророка?
XVI.
Жаль, что Сивилла не пробыла лишнихъ пяти минутъ на своемъ обсерваціонномъ постѣ, потому что она была бы вознаграждена, увидѣвъ Поля съ отцемъ.
Поль вошелъ въ кабинетъ, какъ разъ въ ту минуту, когда она сошла съ крыши.