-- О! Цецилія зарыдала.
-- Неужели это правда? неужели вы знаете?
-- Я ничего не знаю, отвѣчалъ Пауль. Мнѣ это сейчасъ только-что сказали.
-- Неужели это правда?
-- Мои "друзья" всегда говорятъ правду. Но вы сами увидите. Сядьте и поднимите глаза на меня. Думайте, что вы меня видите.
И онъ дунулъ ей на голову.
-- Лэди Августа, сказалъ онъ, у васъ есть еще пакетикъ. Я-то дивился, зачѣмъ этотъ второй пакетъ присланъ. Пожалуйста, дайте его мнѣ.
Онъ взялъ его въ руки.
-- Скажите мнѣ, что вы видите? Она отвѣчала такъ же, какъ и Гетти, какъ будто противъ воли.
-- Я вижу корабль, плывущій ночью по бурному морю, подъ мрачнымъ небомъ. Это парусное судно. Палуба мокрая, и волны перекатываются черезъ нее. И у руля стоитъ мой братъ. Онъ одѣтъ въ высокіе сапоги и въ ватерпруфъ. По одеждѣ, онъ простой матросъ и правитъ кораблемъ. Онъ совсѣмъ обо мнѣ не думаетъ; умъ его поглощенъ религіей; онъ не видитъ меня, какъ я его вижу. О! я вижу его лицо и знаю, что это мой братъ, но сама не могу сказать, почему.-- Персиваль, закричала она, протягивая руки, Персиваль, поговори со мной, погляди на меня.