Она умолкла со вздохомъ.
-- И она поетъ, замѣтила третья: я слышала, какъ она распѣвала точно жаворонокъ.
-- Когда-то, проговорила первая женщина, и мы пѣли и смѣялись. Я помню: мы любили пѣть. Она напоминаетъ намъпро старое время.
-- Скверное старое время, поправилъ ее одинъ изъ ассистентовъ-врачей,-- про то время, когда ничто не было вѣрно, ни даже самая жизнь. Если вы будете изрѣдка вспоминать о старыхъ временахъ, то еще лучше оцѣните настоящее время.
Первую изъ говорившихъ женщинъ въ былое время мужчины назвали бы красавицей, въ то время когда красивое женское лицо кружило имъ головы. Она была блѣднолицая, съ черными глазами, которые въ тѣ дни, когда царили глупыя страсти и ревность, сверкали, вѣроятно, какъ молнія.
Теперь они были скучны. Она была при этомъ стройна, полнолица и съ пухлыми губами. Въ прежнее время, въ дни любви и волненій, эта женщина была бы проворна и дѣятельна; теперь она была неповоротлива и медлительна. Медлительность и неповоротливость постепенно развиваются у нашего народа.
Я съ радостью наблюдаю за каждымъ шагомъ на пути къ тому совершенному типу человѣчества, которое ничего не будетъ дѣлать, какъ только спать, дышать, ѣсть и пить.
-- Да, отвѣтила она, съ глубокимъ вздохомъ. Ничего небыло вѣрнаго. Скверное прошлое время, когда люди умирали. Но за то была любовь, и мы танцовали, и пѣли, и смѣялись..
Она снова вздохнула и пошла гулять одна, медленно опустивъ голову.
Дѣвушка прошла опять мимо ихъ, ведя старика подъ руку.