-- Разскажите намъ, сказалъ онъ, про наши фамиліи. Я, по крайней мѣрѣ, никогда не забывалъ, что былъ когда-то джентльменомъ. Теперь трудно объ этомъ говорить, потому что насъ всѣхъ сравняли, но много, много лѣтъ тому назадъ -- не знаю сколько именно -- мы, джентльмены, совѣщались между собой и управляли народомъ.
-- Вы опять будете совѣщаться, сказала Христи, если хотите. Слушайте теперь. Начнемъ съ дѣдушки. Его звали сэръ Артуръ Фаррансъ, и онъ былъ баронетъ. Быть баронетомъ въ тѣ дни было очень завидной для многихъ вещью. Человѣкъ, говорится въ старинныхъ книгахъ, награждался титуломъ баронета. Но я не знаю, почему одинъ человѣкъ такъ возвышался надъ другимъ.
-- Гм! гм! гм! прокашлялся старикъ. Я помню это. Да что же и помнить остается, какъ не старинныя времена. Я былъ баронетомъ -- пятидесятымъ въ родѣ. Мое родовое помѣстье было въ Суссексѣ.
-- Да, кивнула Христи. У дѣдушки память хорошая: онъ ничего не забылъ изъ тѣхъ вещей, которымъ научился, когда былъ молодъ. Я многое отъ него узнала. Онъ, кажется, зналъ всѣхъ вашихъ бабушекъ и говоритъ о нихъ такъ, точно былъ влюбленъ въ нихъ во всѣхъ.
-- И былъ... и былъ, подтвердилъ старикъ. Я былъ влюбленъ въ каждую изъ нихъ.
Дѣвушка повернулась къ присутствующимъ женщинамъ, съ угрюмымъ взглядомъ, поникшей головой, неповоротливыми движеніями, въ одинаковыхъ сѣрыхъ платьяхъ; но сѣрыя фуражки слетѣли съ ихъ головъ, и онѣ были какъ будто выбиты изъ колеи.
-- Теперь я скажу вамъ, кто вы были такія. Вы -- она указала на ближайшую лэди -- Мильдредъ Карера, единственная дочь графа Тордиза. Вашъ отецъ и мать пережили открытіе, но были убиты въ годъ великой рѣзни, когда почти всѣ старые люди были умерщвлены. Вы были большой красавицей въ свое время и, когда открытіе было возвѣщено, второй годъ уже какъ выѣзжали въ свѣтъ. Люди любопытствовали, кто-то женится на васъ. Но тѣ, которые увѣряли, что близко знаютъ васъ, называли одного молодаго ученаго профессора.
Женщина слушала такъ, какъ еслибы старалась понять незнакомый для нея языкъ. И дѣйствительно эта рѣчь не имѣла для нея смысла. Пока она ничего не поняла изъ нея.
-- Вы, обратилась Христи къ другой, Дороти Олифантъ; вы также были молоды, красивы и богатая невѣста. Вы, какъ и лэди Мильдредъ, видѣли всѣхъ мужчинъ у своихъ ногъ. Я не знаю, что это значитъ, но такъ говорится въ книгахъ. Затѣмъ наступило открытіе, и любовь,-- что бы это ни было,-- вышла изъ моды.
Вторая женщина тоже выслушала это сообщеніе безучастно. Какое ей до того дѣло?