-- Да, да, закричала Христи, но вы опять придете. Приходите, и каждый вечеръ мы будемъ играть въ прошлое... въ чудное, милое прошлое!
Молодой человѣкъ, по имени Джекъ, оставался долѣе другихъ и, когда всѣ остальные ушли, сказалъ:
-- Если было возможно для мужчины всѣмъ жертвовать, даже жизнью, для женщины въ былыя времена, когда жизнь была богата ощущеніями и разнообразна, то, казалось бы, что теперь, когда она превратилась въ скучную канитель, такою жизнью еще легче пожертвовать?
-- Я никогда не чувствовала себя болѣе счастливой -- Христи думала о чемъ-то другомъ.-- Я никогда не мечтала, даже, что можно быть такой счастливой. Теперь я знаю, чего мнѣ всегда хотѣлось: танцовать и веселиться. Но, знаете что, Джекъ?-- и лицо ея вдругъ поблѣднѣло -- я не понимаю, какъ могли они быть счастливы, даже вальсируя, когда знали, что каждая минута приближаетъ ихъ все больше и больше къ страшному концу?
-- Не знаю, Христи. На вашемъ мѣстѣ, я бы никогда больше не разговаривалъ объ этомъ непріятномъ вопросѣ, въ особенности, когда мы одѣты по-старому и только играемъ въ прошлое. Какъ они всѣ были милы! Но никого нельзя сравнить съ вами, красивѣйшимъ цвѣткомъ въ нашемъ саду.
Онъ взялъ ея руку и поцѣловалъ, затѣмъ оставилъ ее наединѣ съ старикомъ въ обширномъ музеѣ...
О, какія невѣроятныя вещи потомъ взволновали нашу скучную общину!
IV.
Излишне было бы описывать повтореніе сценъ, подобныхъ разсказанной въ предъидущей главѣ.
Эти несчастные люди продолжали ежедневно встрѣчаться въ музеѣ. Смѣнивъ свое легонькое платье на фантастическія одежды, которыя носили до великаго открытія, они каждый вечеръ уносились воображеніемъ въ прошлое. Между нашими нашлись еще другіе, бывшіе джентльменами и лэди въ былое время, и они тоже присоединились къ компаніи, такъ что теперь ихъ собиралось каждый вечеръ въ музеѣ до тридцати человѣкъ, мало того: они доставали себѣ съѣстные припасы и ужинали особнякомъ отъ другихъ вопреки обычаямъ, установленнымъ научной коллегіей; они тщеславились тѣмъ, что составляли особую компанію отъ другихъ и только отъ того, что они вспоминали о прошломъ, они имѣли дерзость возвышаться -- конечно, только между собой -- надъ другими.