-- Мы рѣшили, по крайней мѣрѣ за себя, что не хотимъ больше такъ жить. Не правда ли? Но, кузина Мильдредъ, не забудемъ, что насъ всего лишь трое. Быть можетъ, среди нашихъ друзей въ музеѣ наберется человѣкъ пять-шесть, научившихся чувствовать такъ же сильно, какъ и мы сами. Но развѣ довольно шести-семи человѣкъ, чтобы произвести революцію? Вспомните, что безполезно обращаться съ жалобой или прошеніемъ въ коллегію. Никакой король, никакой совѣтъ или парламентъ въ прошломъ не былъ и вполовину такъ автократиченъ, какъ эта коллегія медиковъ.
-- Я читалъ, продолжалъ онъ, давно тому назадъ о владычествѣ жрецовъ. Не думаю, чтобы правленіе какихъ бы то ни было жрецовъ было на половину такъ нетерпимо или такъ деспотично, какъ правленіе медиковъ. Они не только лишили насъ права мыслить, но лишили также и способности мыслить. Бѣдный народъ не способенъ мыслить. Это по истинѣ отчаянное положеніе дѣлъ. Еще нѣсколько лѣтъ, и мы впадемъ въ такое же ужасное тупоуміе...
-- Нѣкоторые изъ насъ уже и впали-было, да Христи вывела насъ изъ него, сказалъ Мильдредъ.
-- Другой такой случай намъ врядъ ли представится, продолжалъ Джекъ.
-- Хорошо, что же дальше, Джекъ?
-- Что касается этихъ нашихъ вечернихъ митинговъ, то вы можете быть увѣрены, что они скоро будутъ открыты и запрещены. Неужели вы думаете, что Гротъ потерпитъ, чтобы его излюбленное изобрѣтеніе одного общаго костюма пренебрегалось? Неужели вы воображаете, что Гротъ допуститъ возрожденіе старинныхъ формъ общества?
-- О! отвѣчала Христи, еслибы мы могли убѣдить д-ра Грота.
-- Другая опасность, продолжалъ Джекъ, заключается въ томъ, что намъ могутъ надоѣсть эти собранія. Видите ли, она вѣдь слишкомъ искусственны. Въ прежнее время вечеръ наступалъ вслѣдъ за днемъ: это былъ пиръ послѣ битвы. А теперь гдѣ битва? И танцы, ухаживанье, комплименты и нѣжные взгляды были лишь предвозвѣстниками серьезной любви. Ну а развѣ теперь мы способны любить серьезно? Могутъ ли мужчины начать снова поклоняться женщинамъ, на которыхъ они такъ долго взирали вполнѣ равнодушно? Если такъ, то мы должны идти наперекоръ коллегіи и рисковать всѣми послѣдствіями. До сихъ поръ я знаю только двоихъ людей, которые на столько твердо рѣшились, что готовы идти на перекоръ коллегіи. Это Христи и я.
Онъ взялъ руку дѣвушки и поцѣловалъ.
-- Вы можете присоединить еще одного человѣка, Джекъ,-- сказала Мильдредъ. Если вы уѣдете съ Христи, то возьмите меня съ собой. Настоящее для меня нестерпимѣе всякаго будущаго.