Онъ видѣлъ, что Тукъ страдалъ не меньше его и прибавилъ ему на-ухо:
"Не говори никому, что это сдѣлалъ ты, и никто никогда этого не узнаетъ."
Мальчики не могли равнодушно смотрѣть на раздробленную ногу товарища и блѣдные отворачивались, чтобы не видать ее. Туку сдѣлалось дурно; но это не возбудило ни чьего подозрѣнія, такъ какъ и еще другой мальчикъ отъ испуга потерялъ сознаніе. Многіе спрашивали, кто былъ виной паданія Джоржа; но Тукъ этого не слышалъ, и виновный не находился.
"Кто это съ тобой сдѣлалъ, мой бѣдный мальчикъ?" спросилъ Фирсъ, наклоняясь надъ Джоржемъ.
"Не все ли равно кто?" съ трудомъ отвѣчалъ Джоржъ, и вслѣдъ затѣмъ застоналъ отъ боли.
Но его не слѣдовало здѣсь долѣе оставлять, а между тѣмъ никто не рѣшался до него дотронуться. Наконецъ Фирсь собрался съ духомъ. Онъ заставилъ двухъ мальчиковъ, связавъ носовые платки, подложить ихъ подъ больную ногу и приподнять ее на нихъ, а самъ взялъ Джоржа на руки и понесъ его къ дому.
"Ко мнѣ, на кровать!" приказалъ мистеръ Тукъ, увидѣвъ Джоржа, а самъ бросился къ садовнику, чтобъ немедленно отправить его въ Лондонъ за искуснымъ хирургомъ. Кромѣ-того, онъ велѣлъ посланному заѣхать по дорогѣ къ мистеру и мистриссъ Шау, пригласить ихъ немедленно пріѣхать и привести съ собой сосѣдняго доктора, мистера Аннанби.
"Но кто это сдѣлалъ? Кто стащилъ его со стѣны?" всѣ спрашивали другъ у друга.
"Онъ не хочетъ сказать -- благородный, добрый, мальчикъ.
"Не тревожьте его распросами!" воскликнулъ Фирсь и, наклонясь къ Джорку. прибавилъ шопотомъ: "Ты никогда въ этомъ не раскаешься, милый товарищъ!"