"Изъ здѣшней," отвѣчала Поля, на которую смущеніе Софьи Ивановны также произвело сильное впечатлѣніе.
"Она дочь старосты Ѳедота," живо прибавила Катя; "то есть, не совсѣмъ дочь, а какъ ты это называешь, Поля? "
"Пріемышъ," отвѣчала та, и снова принялась поливать цвѣты.
Софья Ивановна все стояла на одномъ мѣстѣ, погруженная въ свои думы. "Какое непостижимое сходство!" говорила она сама себѣ, "и въ лицѣ изъ голосѣ. Какая я, однако, стала нервная и никуда негодная," тутъ же подумала она; "вездѣ нахожу я какое-то сходство; постоянно мерещится этотъ ребенокъ. Это просто нелѣпо! Пора наконецъ разстаться съ несбыточными надеждами и покориться неизбѣжному."
"Что же, тетя, пойдемъ смотрѣть садъ и огородъ?" прервала ея мечты Катя.
"Пойдемъ, душенька, и позовемъ Сашу." И Софья Ивановна пустилась въ оживленный разговоръ съ дѣтьми и старалась забыть о впечатлѣніи, произведенномъ на нее встрѣчею съ Полей.
Во всякой деревнѣ есть не мало пріемышей и питомцевъ, какъ называютъ ихъ, и это обстоятельство само но себѣ ничего не представляло необычайнаго. Что же такъ смутило Софью Ивановну? Это было имя Поли, довольно рѣдко встрѣчающееся у крестьянъ, и миніатюрныя черты лица дѣвушки, вьющіеся, черные волосы ея, о которыхъ мы уже нѣсколько разъ упоминали. Это маленькое личико съ большими карими глазами такъ живо напоминало другое, дорогое личико потерянной малютки, что все прошлое, на половину забытое, съ изумительною яркостью воскресло въ ея душѣ, и полузажившія раны снова открылись и заболѣли съ удвоенною силою. Софья Ивановна однако, привыкла страдать и не давать воли своимъ чувствамъ, привыкла думать исключительно о другихъ и не жертвовать ими для себя. Потому она затаила въ себѣ болѣзненное ощущеніе, которое испытывала при видѣ Поли, и вмѣсто того чтобы избѣгать ее, какъ сдѣлали бы многія на ея мѣстѣ, старалась напротивъ какъ можно больше ее видѣть и пріучить себя къ ней. Катя разсказала ей о своей неудачной попыткѣ учить Полю грамотѣ, и Софья Ивановна взялась попробовать въ свою очередь, съ тѣмъ, чтобы ея племянница присутствовала при урокахъ и видѣла, какъ надо приниматься за дѣло.
При хорошей методѣ и терпѣніи, успѣхи Поли были очень быстры, и узнавъ ближе эту дѣвочку, Софья Ивановна была вполнѣ вознаграждена за то усиліе, которое она вначалѣ сдѣлала надъ собою, когда ей казалось тягостнымъ видѣть ее. Она открыла въ своей ученицѣ такъ много ума и сердца, что, рядомъ съ грамотою, занималась ея развитіемъ, и много сообщала ей интересныхъ свѣдѣній, которыя и Катя слушала съ большимъ удовольствіемъ.
"А теперь ты не желаешь больше умереть?" спросила разъ Катя Полю послѣ одного изъ такихъ интересныхъ уроковъ.
"Нѣтъ, теперь не хотѣла бы," отвѣчала Поля съ улыбкою; "мнѣ очень съ вами хорошо; только одного боюсь я. Возьмутъ ли меня съ собою, когда вы поѣдете въ городъ? и если не возьмутъ, то что тогда со мною будетъ? Отецъ не согласится кормить меня; да и мнѣ больно не хочется назадъ въ избу."