"Вот моя история и приведена к вожделенному концу, и за это следует нам выпить.
"Да! я, кажется, обещал вам рассказать и о том, чтС и после катастрофы со мной приключилось? а в самом то деле, после со мной ровно ничего не приключилось.
"Сцена мне опротивела, и я решился оставить ее навсегда. С несколькими пиастрами в кармане и с котомкой на плечах, которую старая директриса сшила мне на дорогу из клеенки, покрывавшей прежде известную мне одноколку, я отправился в Неаполь.
"Хотелось умереть на родной стороне.
"Там, старые знакомые моего отца приняли меня как собаку, а капуцин, душеприкащик моей матушки, так удачно распорядился, что, в одну прекрасную ночь, сбиры отвезли меня в Кастель дель-Уoво, где и продержали меня около года на пище Св. Антония. Там я поседел, и сгнил бы непременно, если б не отец кардинала Г*, мой старый школьный товарищ, который взял меня к себе на поруки.
"Долго спустя узнал я, что падре капуцин взвел на меня перед буон-говeрно (полиция), что будто бы я отчаянный карбонар.
"Скажите пожалуйста; похож ли я на заговорщика, я, который от роду не брал газет в руки?
"Прошло несколько лет, и я преспокойно жил в Риме, в доме моего старого товарища кардинала, в звании библиотекаря, как вдруг получаю, из нашего посольства в Лондоне, метрическое свидетельство о смерти жены моей. Она умерла в.... в не очень-то хорошем доме, брошенная синьором кловном, который женился на какой-то пребогатой мисс и ударился в спорт.
"Все это было в порядке вещей.
"Тут я, не думая долго, вступил -- в духовное звание.