КОЛОНЖЪ ( запирая за собою дверь). Странно! Людовикъ забылъ въ первый разъ запереть за собою двери. Людовикъ! его здѣсь нѣтъ! Это удивительно! ( оглядывается на картину). Занавѣсъ отдернута! (подходитъ къ картинѣ и останавливается въ остолбененіи). Людовикъ! Что это такое? Людовикъ! О, только живописецъ, какой-нибудь тайный врагъ могъ мнѣ нанести подобное оскорбленіе! Три недѣли труда, самаго постояннаго, разрушено въ одно мгновеніе! Какъ ловко умѣлъ онъ попасть мнѣ въ самое сердце, сдѣлать ударъ свой смертельнымъ. Моя прекрасная фигура, моя очаровательная блондинка, которой недоставало только крыльевъ, чтобъ бытъ амуромъ, запачкана, обезображена этимъ разбойникомъ! О я найду, я отыщу его, и тогда горе ему, я накажу его1
V.
КОЛОНЖЪ И АВРЕЛІЯ.
АВРЕЛІЯ. Такъ вымещайте же на мнѣ гнѣвъ вашъ!
КОЛОНЖЪ (внѣ себя отъ удивленія). Аврелія! ты здѣсь... и это ты...
АВРЕЛІЯ. Да, я!
КОЛОНЖЪ. Но чѣмъ же была она виновата предъ тобою? Знаешь-ли, что ты разрушила трудъ цѣлыхъ трехъ недѣль!
АВРЕЛІЯ. Вы видите меня въ послѣдній разъ; я уѣду къ отцу моему, тогда вы можете сколько угодно малевать вашу блондинку; но до тѣхъ-поръ вы не должны были позволить себѣ этого; вы должны были довольствоваться тѣмъ, что обманывали меня, но оскорблять,-- я этого не заслужила.
КОЛОНЖЪ. Тебя обманывать? тебя оскорблять? Ради Бога, что все это значитъ?
АВРЕЛІЯ. Я ненавижу васъ! Не заставляйте, же васъ презирать. Къ чему все это лукавство; развѣ я не знаю госпожи Графенъ!