-- Я не знаю, что мне делать, -- жалобно сказала девушка.
-- Тут есть еще кто-нибудь, кроме вас? -- спросил ее спутник нотариуса.
-- Нет, я один веду дела. Не нуждаюсь ни в чьей помощи. Дэнхам в Вашингтоне, на родине. Чем могу служить?
Он попытался быть гостеприимным и шагнул через порог, но, споткнувшись, качнулся вперед и скатился бы с лестницы, если бы Гленистэр не подхватил его и не отнес назад в контору; там он бросил его на кровать в задней комнате.
-- Ну, а что вы скажете, мисс Честер? -- спросил он, вернувшись.
-- Это ужасно, -- содрогаясь, сказала она. -- А мне обязательно надо поговорить с ним сегодня же.
Она нетерпеливо топнула ногой. Я должна с ним поговорить наедине.
-- Нет, не должны, -- ответил Гленистэр так же решительно. -- Во-первых, он все равно ничего не поймет, а во-вторых, я знаю Струве. Он слишком пьян для деловых разговоров и недостаточно пьян для того, чтобы... ну, спокойно смотреть на вас.
-- Но я должна говорить с ним. Это страшно важно, -- воскликнула девушка. -- Какое животное!
Гленистэр заметил, что она не ломала рук от отчаяния и даже не собиралась плакать, хотя видно было, что разочарование и беспокойство терзали ее.