-- То есть, вы хотите сказать, что подобные вещи должны быть уважаемы, потому что они справедливы?
-- О, нет! Мой друг, -- отвечал мистер Титмарш умеренным тоном, -- они справедливы потому, что уважаются, как бы, по-видимому, они ни были в разладе с нашими жалкими понятиями о справедливости и человеколюбии.
И мистер Титмарш удалился.
-- Слышали? -- сказал Россель, -- и эти люди ещё думают навязать нам подобные понятия! Воображают сделать из нас практических людей, пуская пыль в глаза!
Слова эти были сказаны таким голосом, что оно внятно долетели до слуха мистера Титмарша, который, удаляясь, продолжал оплакивать Клейтона, говоря, что неуважение к историческим учреждениям быстро распространяется между молодыми людьми нашего времени. Клейтон воротился домой и рассказал матери, что он сделал и почему. Отец его не говорил об этом предмете; а вступить с ним в разговор, если он не обнаруживал расположения начать его, было делом величайшей трудности. По обыкновению, он был спокоен, серьёзен и холоден; эти черты его характера оставались неизменными при отправлении обязанностей, как общественных, так и семейных. В конце второго дня, вечером, судья Клейтон пригласил сына своего в кабинет. Объяснение было неприятно для того и другого.
-- Ты знаешь, сын мой, -- сказал он, -- что поступок твой крайне огорчает меня. Надеюсь, в нём тобой не руководило безрассудство, ты сделал это не под влиянием какого-нибудь внезапного побуждения?
-- В этом вы вполне можете быть уверены, -- сказал Клейтон: -- я действовал чрезвычайно рассудительно и осторожно, следуя единственно внушению моей совести.
-- Конечно, в этом случае ты и не мог поступить иначе, -- возразил судья Клейтон, -- я не смею осуждать тебя. Но, скажи, позволит ли тебе твоя совесть удержать за собой положение владетеля невольников?
-- Я уже покинул это положение, по крайней мере, на столько, на сколько это необходимо для моих намерений. Я удерживаю за собою только одно звание владетеля, как орудие для защиты моих невольников от притеснений закона и для сохранения возможности образовать их и возвысить.
-- Но что ты станешь делать, когда подобная цель приведёт тебя в ближайшее столкновение с законами нашего штата? -- спросил судья.