Торговецъ молча отошелъ.
-- Вонъ оно,-- замѣтилъ скотопромышленникъ, удерживая его за локоть -- какіе священники-то бываютъ разные! Одинъ говоритъ: "Проклятъ Ханаанъ", а другой разсуждаетъ совсѣмъ иначе.
Гэлей что-то сердито проворчалъ.
-- Это-то, положимъ, бѣда не большая,-- продолжалъ Джонъ,-- а вотъ бѣда, если вы, чего добраго, и Богу не угодите, когда придется отвѣчать передъ нимъ, вѣдь всякому умирать надо.
Гэлей задумался и отошелъ на другой конецъ парохода.
-- Только-бы мнѣ удалось выгодно сбыть еще одну, двѣ партіи,-- раздумывалъ онъ,-- я брошу это дѣло; прямо даже опасно возиться съ нимъ.-- Онъ взялъ свою записную книжку и принялся провѣрять свои счета,-- операція посредствомъ которой очень многіе джентльмены и почище мистера Гэлея успокаиваютъ свою совѣсть.
Пароходъ отчалилъ отъ берега и снова на немъ воцарилось веселье. Мужчины разговаривали, расхаживали по палубѣ, читали, курили. Женщины шили, дѣти играли, а пароходъ шелъ все дальше и дальше.
Разъ, когда онъ присталъ къ маленькому городку въ Кентукки, Гэлей сошелъ на берегъ по своимъ дѣламъ.
Томъ, который, не смотря на кандалы, могъ немножко ходить, подошелъ къ берегу и разсѣянно глядѣлъ на дорогу. Черезъ нѣсколько времени онъ увидѣлъ, что торговецъ возвращается быстрыми шагами, а вмѣстѣ съ нимъ идетъ негритянка съ ребенкомъ на рукахъ. Она была очень порядочно одѣта, а за ней негръ несъ ея небольшой сундучекъ. Она шла очень весело, и, болтая съ негромъ, вошла по сходнямъ на пароходъ. Зазвонилъ колоколъ, раздался свистокъ, машина запыхтѣла, и пароходъ снова понесся внизъ по рѣкѣ.
Негритянка пробралась между ящиками и тюками на нижнюю палубу, усѣлась тамъ и принялась кормить ребенка.