-- Гдѣ Томъ?-- спросила Ева.
-- На козлахъ, кисанька. Я хочу поднести Тома мамѣ въ подарокъ какъ умилостивительную жертву вмѣсто того пьяницы кучера, который опрокинулъ карету.
-- О, Томъ будетъ отличнымъ кучеромъ, я знаю,-- вскричала Ева,-- и онъ никогда не будетъ пьянымъ.
Карета остановилась передъ старымъ домомъ страннаго стиля полуфранцузскаго, полуиспанскаго, такіе дома попадаются иногда въ Новомъ Орлеанѣ. Онъ былъ построенъ на мавританскій манеръ, въ видѣ квадрата, внутри котораго находился дворъ, съ крытыми воротами, куда карета и въѣхала. Этотъ дворъ имѣлъ очень живописный видъ. Широкія галлереи окружали его со всѣхъ четырехъ сторонъ; мавританскія арки, стройныя колонны и арабески, украшавшія ихъ, уносили воображеніе къ далекимъ временамъ господства восточнаго романтизма въ Испаніи. Въ серединѣ двора серебристая струя фонтана поднималась высоко и падала въ мраморный бассейнъ, окаймленный душистыми фіалками. Прозрачная, какъ хрусталь, вода бассейна оживлялась массою золотыхъ и серебряныхъ рыбокъ, которыя сверкали на солнцѣ, какъ живые драгоцѣнные камни. Кругомъ фонтана шла дорожка, выложенная мозаикой изъ камешковъ, составлявшихъ затѣйливые узоры. Дорожка въ свою очередь была окружена полосой дерна мягкаго, какъ зеленый бархатъ, а за ней шла дорога для экипажей. Два большія апельсинныя дерева въ полномъ цвѣту распространяли пріятную тѣнь. На дерновомъ кругу стоялъ цѣлый рядъ мраморныхъ вазъ съ лѣпными арабесками и въ нихъ цвѣли чудныя тропическія растенія. Высокія гранатовыя деревья съ блестящими листьями и огненно-красными цвѣтами, темнолистные аравійскіе жасмины съ серебристыми цвѣтками -- звѣздочками, гераніи, роскошные розовые кусты, сгибавшіеся подъ массою своихъ цвѣтовъ, золотистые жасмины, вербена съ лимоннымъ запахомъ -- всѣ краски и запахи сливались въ одно чудное цѣлое. Тамъ и сямъ выглядывалъ старый алоэ со своими странными толстыми листьями, точно старый колдунъ, съ высоты своего величія смотрѣвшій на недолговѣчную красоту и благоуханіе, окружавшія его.
Галлереи, шедшія вдоль стѣнъ, были украшены фестонами изъ какой-то мавританской матеріи; занавѣсы можно было по желанію спускать въ защиту отъ солнечныхъ лучей. Въ общемъ дворъ имѣлъ роскошный и романтическій видъ.
Когда карета въѣхала въ него, Ева затрепетала отъ восторга и готова была, точно птичка, вылетѣть изъ клѣтки.
-- Ну, развѣ это не красота, не прелесть, мой милый, дорогой домъ,-- обратилась она къ миссъ Офеліи.-- Правда, вѣдь красиво?
-- Да, это красивый домъ,-- сказала миссъ Офелія, выходя изъ кареты,-- хотя мнѣ онъ представляется какимъ-то старымъ и языческимъ.
Томъ соскочилъ съ козелъ и осматривался съ тихимъ удовольствіемъ. Негры, не надо забывать, произведеніе самой роскошной и великолѣпной природы въ мірѣ, они носятъ глубоко въ сердцѣ страсть ко всему яркому, пышному, фантастическому. Эта страсть въ соединеніи съ грубымъ неразвитымъ вкусомъ часто навлекаетъ на нихъ насмѣшки болѣе холодной и сдержанной бѣлой расы.
Сентъ-Клеръ, поэтъ въ душѣ, улыбнулся на замѣчаніе миссъ Офеліи и обратился къ Тому, который глядѣлъ во всѣ стороны, при чемъ черное лице его положительно сіяло отъ восторга.