-- Ну, кажется, теперь я вамъ все объяснила,-- сказала Марія въ заключеніе,-- когда мнѣ опять станетъ худо, вы справитесь и безъ моей помощи; вотъ только относительно Евы,-- за ней надо присматривать.
-- Она кажется, очень добрая дѣвочка,-- проговорила миссъ Офелія,-- я не видала ребенка лучше ея.
-- Ева совсѣмъ особенный ребенокъ, въ ней очень много странностей. Она нисколько не похожа, на меня, нисколько!-- И Марія вздохнула, точно это было очень грустно.
Миссъ Офелія про себя подумала:-- Надѣюсь, не похожа!-- но имѣла благоразуміе не высказать этого громко.
-- У Евы всегда была наклонность оставаться съ прислугой. Для нѣкоторыхъ дѣтей это не дурно. Я сама, когда была маленькая, играла съ негритянками отца и это не сдѣлало мнѣ никакого вреда. Но Ева какъ-то всегда старается поставить себя на равную ногу со всѣми, кто ее окружаетъ. Это въ ней очень странная черта, и я никакъ не могу отучить ее отъ этого. Сентъ-Клеръ, кажется, поощряетъ ее въ этомъ. Вообще, онъ потакаетъ всѣмъ, живущимъ у него въ домѣ, всѣмъ, кромѣ своей жены.
Миссъ Офелія продолжала хранить глубокое молчаніе.
-- А между тѣмъ съ прислугой нельзя обращаться иначе,-- продолжала Марія,-- какъ смирить ее и не давать ей задирать голову. Я съ дѣтства понимала это. Ева въ состояніи избаловать всю дворню. Не знаю, право, что она будетъ дѣлать, когда ей самой придется вести хозяйство. Я стою за то, что надо быть доброй къ прислугѣ, я всегда къ ней добра; но она должна знать свое мѣсто. Ева этого не понимаетъ, ей нельзя никакъ втолковать, что слуги не равны намъ. Вы слышали, какъ она предлагала ухаживать за мной по ночамъ, чтобы Мамми могла спать! Вотъ вамъ образчикъ, какъ она способна поступать во всемъ, если только дать ей волю.
-- Позвольте,-- смѣло выступила миссъ Офелія,-- но вѣдь и вы, конечно, считаете своихъ слугъ людьми и признаете, что имъ надо дать отдохнуть, когда они утомлены?
-- Само собой разумѣется. Я особенно стараюсь доставлять имъ все необходимое,-- все, что не нарушаетъ порядка въ домѣ. Мамми всегда можетъ найти время выспаться, это ей вовсе не трудно. Я никогда не видала такой сони, какъ она; она можетъ спать работая, стоя, сидя, вездѣ и во всякомъ положеніи. Нечего бояться, что Мамми не выспится! Но вѣдь смѣшно же, право, относиться къ прислугѣ какъ къ какимъ-то экзотическимъ цвѣткамъ или китайскимъ вазамъ!-- Марія погрузилась въ обширное мягкое кресло и придвинула къ себѣ изящный флакончикъ съ нюхательною солью.
-- Видите ли,-- продолжала она слабымъ голосомъ, замирающимъ, какъ послѣднее дыханіе аравійскаго жасмина или нѣчто столь-же воздушное,-- видите-ли, кузина Офелія, я рѣдко говорю сама о себѣ, это противно моимъ привычкамъ, это мнѣ непріятно. Да по правдѣ сказать, у меня и силъ на это не хватаетъ. Но есть вещи, въ которыхъ мы съ Сентъ-Клеромъ совершенно расходимся. Сентъ-Клеръ никогда не понималъ, никогда не цѣнилъ меня. Мнѣ кажется, въ этомъ корень всѣхъ моихъ болѣзней; Сентъ-Клеръ не хочетъ оскорблять меня, я увѣрена, но всѣ мужчины отъ природы эгоистичны и невнимательны къ женщинамъ. По крайней мѣрѣ, такое впечатлѣніе я вынесла изъ собственныхъ наблюденій.