-- Это вашъ общественный строй дѣлаетъ дѣтей такими!-- замѣтила миссъ Офелія.
-- Совершенно вѣрно. Но они таковы, они существуютъ что же съ ними дѣлать?
-- Не могу сказать, чтобы я была благодарна вамъ за тотъ опытъ, который вы мнѣ предлагаете сдѣлать, но такъ какъ это, повидимому, мой долгъ, то я постараюсь исполнить его какъ можно лучше.-- И миссъ Офелія, дѣйствительно, принялась усердно и энергично заниматься своей воспитанницей. Она назначила ей опредѣленные часы для работы и начала учить ее читать и шить.
Читать дѣвочка научилась довольно быстро. Она какъ бы по волшебству усвоила себѣ буквы и скоро могла разбирать печатное. Шить оказалось для нея труднѣе. Она была подвижна и ловка, какъ кошка, проворна, какъ обезьяна, сидѣть на мѣстѣ за шитьемъ было для нея настоящимъ мученіемъ. Она ломала иголки и украдкой выбрасывала ихъ за окно, или засовывала въ щели на стѣнахъ, она путала, рвала пальцами нитки, или ловкимъ движеніемъ забрасывала куда нибудь всю катушку. Ея движенія были такъ быстры и ловки, какъ у любого опытнаго фокусника, и при томъ она замѣчательно хорошо умѣла владѣть своимъ лицомъ; и хотя миссъ Офелія отлично понимала, что столько несчастій подъ рядъ не могли быть простою случайностью, но ей никакъ не удавалось уличить плутоватую дѣвочку, для этого ей пришлось бы забросить всѣ свои другія дѣла и не оставлять ее ни минуты безъ надзора.
Скоро Топси сдѣлалась весьма замѣтною особою въ домѣ. У нея былъ необыкновенный талантъ для всякаго шутовства, подражанья и гримасничанья, она отлично танцовала, кувыркалась, лазала, пѣла, свистѣла, удивительно передавала всевозможные звуки.
Въ ея свободные часы всѣ ребятишки, жившіе въ домѣ, ходили за ней по пятамъ, разинувъ рты отъ удивленія и восторга. Въ числѣ этихъ ребятъ была обыкновенно и Ева; ее, повидимому, очаровывалъ этотъ бѣсенокъ, какъ иногда блестящая змѣя чаруетъ и привлекаетъ голубку. Миссъ Офеліи не нравилось, что Ева такъ часто бываетъ вмѣстѣ съ Топси, и она просила Сентъ-Клера запретить это.
-- Полноте, оставьте ее въ покоѣ,-- отвѣчалъ Сентъ-Клеръ,-- общество Топси ей полезно.
-- Но это такой испорченный ребенокъ, развѣ вы не боитесь, что она научитъ Еву чему нибудь дурному?
-- Она не можетъ научить ее ничему дурному, для другихъ дѣтей ея вліяніе можетъ бытъ вредно, но съ Евы все дурное соскальзываетъ, какъ роса съ пальмоваго листа, ни одна капля не попадаетъ внутрь.