-- Потому что... потому что... потому что она была миссъ Евина. О, не отнимайте у меня этого, пожалуйста, не отнимай те!-- вскричала она, сѣла на полъ, закрыла голову передникомъ и громко зарыдала.
Это была странная смѣсь трогательнаго и смѣшного: маленькій, старый чулочекъ, черный крепъ, книжка съ текстами, прелестный мягкій локонъ и полное отчаяніе Топси.
Сентъ-Клеръ улыбнулся, но на глазахъ его были слезы.
-- Полно, полно, перестань плакать,-- сказалъ онъ,-- никто не отнимаетъ у тебя твоихъ сокровищъ!-- Онъ сложилъ всѣ вещи, какъ онѣ лежали раньше, положилъ ихъ на колѣни дѣвочки и увелъ миссъ Офелію съ собой въ гостиную.
-- Право, я думаю, что вы можете что нибудь сдѣлать изъ этого созданьица,-- сказалъ онъ, указывая пальцемъ черезъ плечо.-- Душа, способная чувствовать истинное горе, способна на все хорошее. Вы должны заняться ею.
-- Дѣвочка очень исправилась за послѣднее время,-- сказала миссъ Офелія,-- я надѣюсь, что изъ нея выйдетъ хорошая женщина; но, Августинъ,-- она положила руку ему на плечо,-- мнѣ хотѣлось спросить у васъ одну вещь: кому принадлежитъ эта дѣвочка, вамъ или мнѣ?
-- То есть какъ? вѣдь я же подарилъ ее вамъ!
-- Да, но не на законномъ основаніи, а я хочу, чтобы она была моей и по закону,
-- Фью, фью, кузина,-- вскричалъ Августинъ,-- а что скажетъ общество аболиціонистовъ? Имъ придется назначить день поста по случаю вашей измѣны, если вы сдѣлаетесь рабовладѣлицей!
-- Ну, это пустяки! Я хочу, чтобы она была моя, чтобы я имѣла право взять ее съ собой въ свободные штаты. Тамъ я дамъ ей вольную, иначе все, что я для нея дѣлаю, пропадетъ даромъ.