Мы часто слышимъ объ отчаяніи негровъ, которые теряютъ добраго господина, и это отчаяніе вполнѣ естественно, такъ какъ на всемъ свѣтѣ нѣтъ существа болѣе беззащитнаго и несчастнаго, чѣмъ негръ при подобныхъ обстоятельствахъ.
Ребенокъ, потерявшій отца, остается подъ защитой друзей и закона; онъ нѣчто, и можетъ нѣчто дѣлать,-- у него есть свои, всѣми признаваемыя, права и свое положеніе въ обществѣ, у раба нѣтъ ничего подобнаго. Законъ смотритъ на него, какъ на субъекта во всѣхъ отношеніяхъ лишеннаго правъ, какъ на какой нибудь тюкъ товаровъ. Признаніе его за человѣческое существо, имѣющее человѣческія потребности и желанія, человѣческую безсмертную душу, зависитъ исключительно отъ неограниченной, безконтрольной воли его господина; и разъ онъ лишился этого господина, у него ничего не осталось.
Количество людей, которые умѣютъ гуманно и великодушно пользоваться своею безконтрольною властью, весьма ограничено. Это всѣмъ извѣстно, а рабамъ лучше, чѣмъ кому бы то ни было. Они отлично понимаютъ, что имъ гораздо больше шансовъ попасть въ руки жестокаго тирана, чѣмъ добраго и снисходительнаго господина. Вотъ почему они такъ громко и такъ долго оплакиваютъ смерть добраго массы.
Когда Сентъ-Клеръ скончался, ужасъ и уныніе овладѣли всѣми домашними. Онъ погибъ такъ внезапно во цвѣтѣ лѣтъ и силъ! Въ каждой комнатѣ, въ каждой галлереѣ дома раздавались рыданія и вопли отчаянія.
Марія, нервная система которой разстроилась вслѣдствіи ея изнѣженной жизни, не могла устоять противъ этого страшнаго удара и, пока мужъ умиралъ, переходила отъ одного обморока къ другому. Человѣкъ, съ которымъ она была связана таинственными узами брака, навсегда ушелъ отъ нея, не сказавъ ей даже прощальнаго слова.
Миссъ Офелія со своимъ обычнымъ самообладаніемъ и силою воли оставалась при умирающимъ до послѣдней минуты, внимательно, заботливо дѣлая для него все, что было нужно, и всей душой участвуя въ горячей молитвѣ, которую бѣдный рабъ возсылалъ къ Богу за душу своего умирающаго господина.
Когда убирали покойника на груди его нашли маленькій, медальонъ открывавшійся посредствомъ пружинки. Въ немъ былъ портретъ благороднаго, красиваго женскаго лица, а съ противоположной стороны его лежала подъ стекломъ прядь темныхъ волосъ. Медальонъ надѣли обратно на бездыханную грудь -- прахъ къ праху -- бѣдныя, грустныя реликвіи юношеской мечты, которыя когда-то заставляли такъ горячо биться это похолодѣвшее теперь сердце.
Вся душа Тома была преисполнена мыслями о вѣчности, и пока онъ отдавалъ послѣдній долгъ безжизненному тѣлу, онъ ни разу не подумалъ, что эта внезапная смерть оставляла его въ безнадежномъ рабствѣ. Онъ былъ спокоенъ за своего господина: въ то время когда онъ обращался со своей молитвой къ небесному Отцу, онъ, какъ бы въ отвѣтъ на нее, вдругъ почувствовалъ въ душѣ своей покой и увѣренность. Благодаря собственной любящей натурѣ, онъ отчасти понималъ полноту божественной любви, ибо, какъ давно сказано: "Пребываяй въ любви, пребываетъ во Мнѣ, и Азъ въ немъ". Томъ надѣялся, вѣрилъ и пребывалъ въ мирѣ.
Но вотъ миновали похороны съ обычными молитвами, чернымъ крепомъ, и торжественными лицами; снова потекли холодныя грязныя волны повседневной жизни, и снова явился вѣчный, тяжелый вопросъ: что же дѣлать теперь?
Онъ возникъ въ умѣ Маріи, когда она сидѣла въ большомъ креслѣ, одѣтая въ трауръ, окруженная боявшимися ея служанками, и разсматривала образцы крепа и бумазеи. Онъ явился и въ умѣ миссъ Офеліи, которая начинала подумывать о возвращеніи домой, къ себѣ на сѣверъ. Онъ наполнялъ безмолвнымъ ужасомъ умы слугъ, которые отлично знали безчувственный, жестокій характеръ своей госпожи. Они понимали, что та снисходительность, какою они пользовались, зависѣла отъ ихъ господина, а не отъ госпожи. И теперь, когда его не стало, имъ не будетъ никакой защиты отъ самодурныхъ причудъ женщины, ожесточенной горемъ.