-- Господи! вотъ и барыня! Не надо, не плачьте! вскричала тётушка Хлоя, въ свою очередь заливаясь слезами. Нѣсколько минутъ они всѣ вмѣстѣ плакали. И въ этихъ общихъ слезахъ госпожи и рабовъ растаяла обида и гнѣвъ угнетенныхъ. О вы, которые посѣщаете бѣдняковъ, знаете ли вы, что все, что можно купить на ваши деньги, данныя съ холоднымъ, надменнььмъ лицомъ, не стоитъ одной слезы искренняго сочувствія.
-- Мой добрый Томъ, сказала миссисъ Шельби,-- я не могу дать тебѣ ничего, что облегчило бы твое положеніе. Если я дамъ тебѣ денегъ, у тебя ихъ отберутъ. Но я, какъ передъ Богомъ, обѣщаю тебѣ, что буду справляться о тебѣ и выкуплю тебя, какъ только накоплю денегъ. А пока, надѣйся на Бога!
Въ эту минуту мальчики закричали, что масса Гэлей идетъ, и вслѣдъ за тѣмъ грубый толчокъ отворилъ дверь. Гэлей явился въ очень дурномъ росположеніи духа. Ему пришлось далеко ѣхать ночью, а неудача въ поимкѣ ускользнувшей добычи не могла успокоить его.
-- Ну что, черномазый, готовъ?-- Мое почтеніе, сударыня! онъ снялъ шляпу, увидѣвъ миссисъ Шельби.
Тетушка Хлоя заперла сундучокъ, перевязала его веревкой и, поднявшись съ полу, мрачно посмотрѣла на негроторговца: казалось, слезы на ея глазахъ превратились въ искры.
Томъ покорно всталъ, чтобы слѣдовать за своимъ новымъ господиномъ и взвалилъ себѣ на плечо свой тяжелый сундукъ. Жена его взяла на руки дѣвочку и пошла проводить его до повозки, а мальчики, продолжая плакать, поплелись сзади.
Миссисъ Шельби подошла къ негроторговцу; удержала его на нѣсколько минутъ и о чемъ-то серьезно толковала съ нимъ, а въ это время вся несчастная семья подошла къ повозкѣ, которая стояла запряженной у крыльца. Толпа старыхъ и молодыхъ негровъ собралась вокругъ нея, чтобы проститься со своимъ старымъ товарищемъ. Тома всѣ уважали, какъ главнаго работника и наставника въ христіанской вѣрѣ; многіе искренно сучувствовали ему и жалѣли о немъ, особенно женщины.
-- Ну, Хлоя, ты кажется, горюешь меньше насъ,-- сказала одна изъ женщинъ, все время громко плакавшая, замѣтивъ мрачное спокойствіе, съ какимъ тетушка Хлоя, стояла около повозки.
-- Я уже выплакала всѣ свои слезы, отвѣчала Хлоя, съ ненавистью взглядывая на подходившаго торговца,-- да и не хочу я плакать передъ этой старой скотиной.
-- Садись! приказалъ Гелэй Тому, пробираясь сквозь толпу негровъ, которые недружелюбно смотрѣли на него.