Томъ влѣзъ въ повозку, а Гэлей досталъ изъ подъ сидѣнья пару тяжелыхъ оковъ и прикрѣпилъ ихъ къ его ногамъ.
Сдержанный ропотъ негодованія пробѣжалъ по толпѣ, а миссисъ Шельби, стоявшая на верандѣ, замѣтила:
-- Мистеръ Гэлей, увѣряю васъ, что эта предосторожность совершенно излишня.
-- Не знаю, сударыня, я уже потерялъ здѣсь пятьсотъ долларовъ и больше не могу рисковать.
-- Чего же другого было и ждать отъ него!-- съ негодованіемъ вскричала тетушка Хлоя. Мальчики казалось только въ эту минуту вполнѣ поняли, что дѣлаютъ съ ихъ отцомъ и, ухватившись за юбку матери, заревѣли благимъ матомъ.
-- Какъ мнѣ жаль,-- сказалъ Томъ,-- что мастера Джоржа нѣтъ дома.
Джоржъ уѣхалъ погостить дня на три къ товарищу въ сосѣднее имѣніе; онъ выѣхалъ рано утромъ, прежде чѣмъ распространилась вѣсть о несчастій Тома, и ничего не слыхалъ о немъ.
-- Поклонитесь отъ меня массѣ Джоржу,-- просилъ онъ окружающихъ.
Гэлей стегнулъ лошадь; Томъ устремилъ взглядъ полный тоски на родныя мѣста, и черезъ минуту они скрылись изъ глазъ.
Мистера Шельби не было дома въ это время. Онъ продалъ Тома вслѣдствіе крайней необходимости, чтобы вырваться изъ когтей человѣка, котораго онъ боялся, и его первое чувство послѣ заключенія сдѣлки было чувство облегченія. Но упреки жены пробудили въ немъ полудремавшее сожалѣніе; безкорыстіе Тома еще усилило его непріятное чувство. И, чтобы не быть свидѣтелемъ тяжелой сцены прощанья, онъ уѣхалъ недалеко по дѣламъ, надѣясь, что къ его возвращенію все будетъ кончено.