Человѣкъ, незнакомый съ бытомъ и состояніемъ негровъ, не можетъ не замѣтить, что хотя невольники Южныхъ Штатовъ и не умѣютъ читать библіи, но несмотря на то, ее сюжеты и содержаніе распространены между ними до такой степени, что они въ разговоры свои нерѣдко вводятъ библейскія изреченія. Каково же должно быть вліяніе этой книги на такую пламенную натуру, при чтеніи ея въ уединеніи, гдѣ вниманіе ничѣмъ не развлечено!
Неудивительно, что при своемъ энергичномъ характерѣ Дрэдъ умѣлъ обратить дикія и непроходимыя болота въ надежный и вѣрный пріютъ,-- не только для себя, но и для другихъ негровъ, спасавшихся бѣгствомъ съ окрестныхъ плантацій.
Жизнь Дрэда проходила здѣсь въ какомъ-то мечтательномъ состояніи. Иногда, скитаясь по этимъ пустыннымъ мѣстамъ, онъ по нѣсколько дней сряду постился и молился, и тогда ему слышались невѣдомые голоса, и листы библіи казались покрытыми какими-то іероглифами.-- Въ менѣе возбужденномъ настроеніи духа, онъ съ обдуманною рѣшимостью пускался на предпріятія, необходимыя для поддержки его существованія.
Нельзя сказать, чтобъ негры, скрывавшіеся въ болотахъ были совершенно лишены всякаго сношенія съ обществомъ. Невольники всѣхъ сосѣднихъ плантацій, при всемъ желаніи пріобрѣсть расположеніе своихъ владѣтелей, въ душѣ еще болѣе расположены содѣйствовать пользѣ и выгодамъ бѣглецовъ. Они ясно видятъ, что на случай затруднительныхъ обстоятельствя необходимо имѣть друга и защитника въ болотахъ, поэтому нисколько не стѣсняются, по мѣрѣ силъ и возможности, снабжать бѣглецовъ всѣмъ, чего послѣдніе ни пожелаютъ. Бѣдные скоттеры, содержатели мелочныхъ лавокъ въ окрестностяхъ плантацій, не стѣсняются выдавать необходимые товары, на обмѣнъ лѣсной дичи, которою изобилуютъ болота. Поэтому Дрэдъ могъ пріобрѣсти превосходную винтовку, владѣя которой онъ никогда не нуждался ни въ снарядахъ, ни въ пищѣ. Въ болотахъ находились возвышенныя мѣста, оказывавшіяся, при нѣкоторой обработкѣ, чрезвычайно плодородными. Подобныя мѣста Дрэдъ обработывалъ или своими руками, или руками бѣглыхъ, которыхъ принималъ подъ свое покровительство. По своей неусидчивости, онъ не ограничивался пребываніемъ въ одномъ только мѣстѣ; но бродилъ по всѣму болотистому пространству въ обѣхъ Каролинахъ и Южной Виргиніи, оставаясь на нѣсколько месяцевъ въ одномъ местѣ и на нѣсколько въ другомъ. Въ мѣстахъ своего пребыванія онъ образовывалъ нѣкотораго рода поселенія изъ беглыхъ. При одномъ случаѣ онъ избавилъ дрожащую окровавленную мулатку отъ собакъ, преслѣдовавшихъ ее и загнавшихъ въ болота, женился на ней и, повидимому, питалъ къ ней глубокую любовь. Въ болотѣ, примыкавшемъ къ плантаціи Гордона, онъ, съ особенною предусмотрительностію, устроилъ для нея постоянное жилище, и съ этого времени сдѣлался извѣстнымъ въ той мѣстности болѣе, чѣмъ въ другихъ. Онъ обратилъ все свое вниманіе на Гарри, какъ на человѣка, котораго способности, дѣятельность и сила характера могли бы сдѣлать изъ него передоваго человѣка между неграми. Гарри, равно какъ и многіе невольники на плантаціи Гордона, зналъ о пребываніи Дрэда въ ближайшихъ окрестностяхъ, часто съ нимъ видѣлся и говорилъ. Но никто не обнаружилъ, что этотъ фактъ имъ извѣстенъ; хранить тайну составляло отличительную черту въ характерѣ невольниковъ. Гарри, одаренный отъ природы дальновидностью, зналъ, что его положеніе было непрочно, что ему необходимо дѣлать снисхожденія, которыя могли бы послужить ему въ пользу въ случаѣ его собственнаго побѣга. Мелкіе торгаши изъ бѣлыхъ также знали Дрэда, и пока они вели выгодный обмѣнъ съ нимъ, онъ находился внѣ всякой опасности; короче сказать, Дрэдъ до такой степени не опасался за свою свободу, что являлся даже на многолюдные митинги и оставлялъ ихъ безъ всякихъ непріятностей.
Кажется, этого весьма достаточно о человѣкѣ, который долженъ часто являться на сценѣ до окончанія нашей исторіи.
ГЛАВА XIX.
ЛѢТНЯЯ БЕСѢДА ВЪ КАНЕМА.
Втеченіе немногихъ дней семейный кружокъ въ Канема увеличился прибытіемъ сестры Клэйтона,-- въ то самое время когда Карсонъ, въ самомъ лучшемъ расположеніи духа, отправился на сѣверныя морскія купальни. Въ отвѣтъ на пригласительное письмо Нины, Анна пріѣхала съ отцомъ, который, по обязанностямъ его служенія, долженъ былъ находиться въ окрестностяхъ этой плантаціи. Нина приняла сестру Клэйтона съ обычнымъ радушіемъ, такъ что Анна весьма скоро и отъ души полюбила будущую сестру свою, полюбила гораздо больше, чѣмъ ожидала. Еслибъ Нина была сама гостьей, то, быть можетъ, гордость не позволяла бы ей быть слишкомъ любезной передъ Анной, которой, впрочемъ, она очень хотѣла понравиться. Но на этотъ разъ она была хозяйкой дома и имѣла мавританскія понятія о гостепріимствѣ и привилегіяхъ гостей; а потому безпрестанно занимала миссъ Анну разговоромъ, пѣла для нее, играла на фортепіано, гуляла съ ней по саду, показывала аллея, павильоны, цвѣточный садъ, прислуживала въ спальнѣ, словомъ, оказывала тысячи маленькихъ услугъ, тѣмъ болѣе очаровательныхъ, что они дѣлались безъ принужденія. Кромѣ того, Нина, въ маленькомъ сердцѣ своемъ, дала себѣ клятву поколебать горделивую степенность Анны, отнять всякую возможность быть слишкомъ серьёзной и разсудительной, наконецъ принудить ее смѣяться и рѣзвиться. Клэйтонъ едва удерживался отъ улыбки при видѣ успѣха, которымъ вскорѣ увѣнчались усилія Нины. Веселость Нины, особливо въ самой сильной ея степени, имѣла какую-то прилипчивость; она сообщалась всѣмъ, ее окружавшимъ, и приводила ихъ въ одинаковое съ ней расположеніе духа; такъ что Анна, въ обществѣ Нины, смѣялась надъ всѣмъ и надъ ничѣмъ, единственно потому, что чувствовала себя веселою. Къ довершенію всего, въ Канема пріѣхалъ дядя Джонъ Гордонъ, съ его постоянно смѣющимся, радостнымъ лицомъ. Онъ былъ изъ тѣхъ неумолкаемыхъ говоруновъ, которые нерѣдко становятся неоцѣненнымъ кладомъ для общества, потому что, такъ или иначе, они умѣютъ поддержать бесѣду и придать ей нѣкоторое одушевленіе. Вмѣстѣ съ нимъ пріѣхала и мистриссъ Гордонъ, или, какъ Нина обыкновенно называла ее, тетенька Марія. Это была видная, статная среднихъ лѣтъ женщина, весьма бы недурная собой, еслибъ черты заботы и нервнаго раздраженія не врѣзались такъ глубоко въ ея лицо. Свѣтлые, каріе глаза, прекрасные зубы, и размѣры ея формъ, свидѣтельствовали, что она родилась въ старой Виргиніи.
-- Наконецъ, сказала Нина, обращаясь къ Аннѣ Клэйтонъ и располагаясь съ ней на отѣненной сторонѣ балкона: -- наконецъ я отправила тетеньку Марію въ комнату тетеньки Несбитъ, гдѣ онѣ съ такимъ наслажденіемъ начнутъ оплакивать мою судьбину.
-- Оплакивать васъ? сказала Анна.