-- Видишь ли, какъ поступаютъ настоящіе-то господа! угрюмо сказалъ Томъ старому Гондрэду, который несъ каретныя подушки для общества дяди Джона.-- Настоящіе-то господа насквозь все видятъ! Кровь узнаетъ свою кровъ! Миссъ Нина видитъ,-- что эти дѣти не изъ простаго званія... это вѣрно.
-- Молчи! сказалъ старый Гондрэдъ,-- ты ужъ черезъ чуръ заважничался съ своими дѣтьми, которыя, по правдѣ-то сказать, нисколько не лучше обыкновенной сволочи!
-- Послушай! если ты будешь говорить мнѣ подобныя вещи, то я не посмотрю ни на кого и раздѣлаюсь съ тобой по-своему, сказалъ старый Тиффъ, который, хотя и былъ весьма миролюбиваго и кроткаго характера, но, выведенный изъ терпѣнія, рѣшался прибѣгать и къ силѣ.
-- Джонъ, что ты говоришь тамъ Тиффу? спросила Нина, до слуха которой донеслись послѣднія слова. Иди сейчасъ въ свою палатку и не безпокой его! Я взяла его подъ мое покровительство.
Общество обѣдало съ величайшимъ наслажденіемъ, которое для Нины увеличивалось тѣмъ, что она могла наблюдать за Тиффомъ, приготовлявшимъ кушанье для молодыхъ своихъ господъ. Передъ уходомъ къ проповѣди, онъ развелъ небольшой огонь, на которомъ, втеченіе цѣлаго утра, варилась говядина, и теперь, когда онъ снялъ крышу съ котелка, пріятный запахъ, возбуждавшій аппетить, распространился вокругъ.
-- Какой славный запахъ, Тиффъ! сказала Нина, вставъ съ мѣста и заглядывая въ котелокъ. Не позволитъ ли миссъ Фанни отвѣдать намъ кусочекъ?
Фанни, которой Тиффъ пунктуально передалъ этотъ вопросъ, застѣнчиво изъявила согласіе. Но кто опишетъ гордость и радость, наполнявшія сердце стараго Тиффа, когда между роскошными блюдами на столѣ Гордоновъ, появилось блюдо его приготовленія, и когда всѣ, другъ передъ другомъ, старались похвалить его и принять подъ свое покровительство?-- Наконецъ, когда Нина поставила имъ на доску, служившую вмѣсто стола, тарелку съ мороженымъ, Тиффъ пришолъ въ такой восторгъ, что одно только вліяніе утренняго Богослуженія могло удержать его въ границахъ приличія. Самодовольство, повидимому, превратило его совсѣмъ въ другаго человѣка.
-- Ну что, Тиффъ, какъ тебѣ понравилась проповѣдь? спросила Нана.
-- Проповѣдь была превосходная, миссъ Нина; только черезъ чуръ ужъ высока.
-- Что ты хочешь этимъ сказать?