-- Дрэдъ! я тебя не понимаю, сказалъ Гарри. Что ты хочешь сказать?
И съ этими словами онъ потрясъ его за плечи. Дрэдъ протеръ глаза и устремилъ ихъ на Гарри.
-- Я долженъ воротиться въ берлогу, сказалъ онъ. Лисицы имѣютъ свои норы, птицы -- свои гнѣзда, а въ обиталище драконовъ Господь открылъ дорогу изгнанникамъ.
Сказавъ это, онъ бросился въ чащу лѣса и въ одну минуту скрылся изъ виду.
ГЛАВА XXIII.
ЖИЗНЬ ВЪ БОЛОТАХЪ.
Наши читатели, безъ всякаго сомнѣнія, весьма охотно вернутся съ нами назадъ и послѣдуютъ за таинственнымъ лицомъ; котораго рѣчи такъ сильно взволновали умы людей, собравшихся на митингъ. Между здравымъ разсудкомъ и разстройствомъ ума существуетъ какое-то неопредѣленное состояніе умственныхъ способностей, состояніе, которому древніе греки и римляне оказывали глубокое уваженіе. Они утверждали, что человѣкъ, при такомъ омраченіи ума, находился подъ грознымъ вліяніемъ какой-то сверхъестественной силы. Какъ таинственное мерцаніе звѣздъ становится видимымъ только съ наступленіемъ ночи, такъ и въ этихъ странныхъ проблескахъ души они открывали пробужденіе необыкновенныхъ дарованій. Горячій и положительный свѣтъ нынѣшняго матеріализма не допускаетъ такого неопредѣленнаго состоянія души человѣческой. Во всей новѣйшей антропологіи, относительно опредѣленія человѣка по его умственнымъ способностямъ, существуютъ только два термина: умный и безумный; -- на послѣдній родъ людей мы смотрѣли обыкновенно съ нѣкоторымъ пренебреженіемъ.
Мы затрудняемся дать приличное названіе странному и немормальному состоянію, въ которомъ это, въ своемъ родѣ замѣчательное существо, проводило большую часть своего времени. Онъ постоянно находился въ какой-то восторженности и самозабвеніи, въ состояніи, которое, однакожь, нисколько не мѣшало развитію его внѣшнихъ, физическихъ способностей; напротивъ, оно еще придавало имъ чрезвычайную остроту и способность сосредоточиваться, которыя мы усматрвваемъ иногда въ феноменахъ сомнамбулизма. Въ его физическомъ организмѣ тоже много было особенностей.
Читатели наши могутъ представить себѣ человѣка, исполненнаго необыкновеннымъ обиліемъ жизненныхъ силъ, развитыхъ подъ непосредственнымъ вліяніемъ природы. Со стихіями онъ находился въ добромъ согласіи, какъ какое нибудь крѣпкое могучее дерево; дожди, бури, гроза и вообще всѣ силы природы, отъ которыхъ люди ищутъ убѣжища, казалось, вели съ нимъ нѣкоторый родъ дружбы и становились непремѣнными спутниками его существованія. До такой степени онъ сблизился или вѣрнѣе, сроднился съ природой и съ ея явленіями, окружавшими его совсѣхъ сторонъ въ болотахъ, что онъ ходилъ по этимъ болотамъ также легко и свободно, какъ иная лэди, окруженная роскошью, ходитъ по турецкимъ коврамъ. Все, что для насъ показалось бы неимовѣрною трудностью, для него служило обыкновеннымъ условіемъ существованія. Пройти, по колѣна завязнувъ въ болотистой топи, пробраться сквозь непроницаемую чащу кустарниковъ, пролежать цѣлую ночь на землѣ, испускающей зловредныя испаренія, или, подобно аллигатору, проползти между камышами и тростниками,-- составляло для него тотъ же комфортъ, который мы находимъ въ мягкихъ подушкахъ и занавѣсяхъ надъ нашей кроватью. Въ этомъ дикомъ организмѣ развита была столь сильная наклонность наслаждаться такого рода жизнію, что ее не въ состояніи были бы поколебать самыя утонченныя приманки роскоши. Кто наблюдалъ восторгъ, съ которымъ лягавая собака забѣгаетъ въ глубь лѣса, прорывается сквозь чащу кустарника или бросается въ воду, тотъ постигнетъ, откуда проистекалъ источникъ этого наслажденія.
Дрэдъ находился подъ вліяніемъ воодушевляющей идеи, что онъ обладалъ даромъ прозрѣнія. Африканское племя, какъ утверждаютъ месмеристы, одарено въ высшей степени тѣмъ особеннымъ темпераментомъ, который дѣлаетъ человѣка способнымъ къ воспроизведенію месмерическихъ явленій; это обстоятельство подтверждается существованіемъ между неграми, даже по сіе время, мужчинъ и женщинъ, которые, по словамъ путешественниковъ, обладаютъ необыкновенной магической силой. Дѣдъ Дрэда, со стороны матери, будучи извѣстнѣйшимъ африканскимъ чародѣемъ, открылъ въ своемъ внукѣ, еще въ самые ранніе годы его жизни, эту удивительною способность. Онъ сообщилъ ему тайну укрощеніи змѣй и вкоренилъ въ него неизгладимую мысль, что онъ одаренъ таинственной силой. Замѣчательный даръ, который горные жители называютъ вторымъ зрѣніемъ, составляетъ весьма обыкновенное преданіе между неграми, готовыми во всякое время доказать это тысячами примѣровъ. Объяснять, въ чемъ именно заключается эта способность, мы не беремъ на себя. Есть ли это какая либо, еще недознанная, принадлежность души человѣческой, составляющая, въ отношеніи къ будущему, тоже что и память къ прошедшему; или чрезвычайно возвышенное настроеніе чувственнаго организма, которое сообщаетъ человѣку инстинктивную проницательность, принадлежащую исключительно животнымъ,-- мы не рѣшаемся опредѣлить. Относительно Дрэда, мы можемъ однако же утвердительно сказать, что съ помощію этой способности души онъ часто избѣгалъ многихъ опасностей. Это второе зрѣніе предостерегало его отъ различныхъ мѣсть, въ которыхъ его поджидали охотники, указывало ему, во время нужды, гдѣ искать добычу, или гдѣ находились люди, на которыхъ можно было бы безопасно положиться; его инстинктъ часто оказывался до такой степени непогрѣшительнымъ, что каждое слово его между его товарищами имѣло важное значеніе, и самъ онъ служилъ для нихъ существомъ, на которое они смотрѣли съ величайшимъ подобострастіемъ. Замѣчателенъ фактъ, хотя въ этомъ случаѣ его и нельзя назвать исключительнымъ, что восторженность души въ этомъ человѣкѣ струилась, оовидимому, параллельно съ теченіемъ тонкаго и практическаго ума и, подобно человѣку, который говоритъ поперемѣнно на двухъ языкахъ, онъ говорилъ почти въ одно и то же время, то слишкомъ восторженно, то весьма обыкновенно. Такая особенность сообщала всей его личности замѣчательностранный эффектъ.