Ночью, во время митинга, онъ находился, какъ мы уже видѣіи, въ величайшемъ экстазѣ. Преступное смертоубійство его товарища, казалось, приводило его душу въ страшное волненіе, подобно тому, какое замѣчаемь мы въ громовой тучѣ, когда она наполняется медленно скопляющимся электричествомъ. Разстояніе отъ мѣста его убѣжища до поляны, гдѣ собрался митингъ, хотя и простиралось миль на пятнадцать, покрытыхъ почти непроходимыми болотами, но онъ перешелъ его, не испытавъ ни малѣйшей усталости. Еслибъ даже его и поймали, то, по всей вѣроятности, никто бы не рѣшался схватить его, а тѣмъ болѣе связать. Простившись съ Гарри, онъ пустился въ глубину болота, напѣвая, по обыкновенію, слова знакомыхъ ему гимновъ.
День былъ знойный. Было около двухъ часовъ за полночь, когда гроза, долго собиравшаяся и уже грохотавшая въ отдаленной части горизонта, начинала развивать свои силы.
Глухой гулъ, наводившій ужасъ, и сопровождаемый рѣзкими порывами вѣтра, пробѣжалъ по чащѣ лѣса, заставляя преклоняться предъ собой вершины вѣковыхъ деревьевъ.
Острыя стрѣлы молніи, мелькая между вѣтвями, какъ будто вылетали изъ лука, натянутаго рукою невидимаго и грознаго ангела. Масса тяжелыхъ облаковъ въ одинъ моментъ закрыла луну; вслѣдъ за тѣмъ разлился широкій, яркій, ослѣпительный потокъ пламени, сосредоточившійся на вершинѣ высокой сосны, близь того мѣста, гдѣ остановился Дрэдъ, и въ мгновеніе ока сдернулъ съ ней сучья, какъ ребенокъ, играя, сдергиваетъ листъ съ маленькой вѣтки.
Дрэдъ съ изступленнымъ восторгомъ всплеснулъ руками, и когда гроза бушевала кругомъ его, запѣлъ методистскій гимнъ: " Возстань, о Боже! въ силѣ твоей, и сокрушатся кедры Ливанскіе отъ десницы твоей!"
Буря гнула лѣсъ, какъ тростникъ, и громадныя деревья, вырываемыя съ корнемъ изъ мягкой почвы, падали съ трескомъ и ужасающимъ шумомъ; но Дрэдъ, какъ злой геній, не обращалъ на это вниманія, восклицалъ и проходилъ въ большій и большій восторгъ. Такое грозное проявленіе величія природы, казалось, придавало ему силы, приводило его въ сильное волненіе, онъ продолжалъ пѣть съ еще болѣе энергическимъ одушевленіемъ" Но восклицанія его оставались неслышными, какъ оставалась бы въ эту грозную минуту тысячи другихъ голосовъ! Мало по малу гроза начинала утихать, и крупныя капли дождя стали падать рѣже и рѣже; подулъ прохладный вѣтерокъ и, вслѣдъ затѣмъ, сквозь осребренные края свинцовыхъ облаковъ, проглянулъ свѣтлый обликъ луны.
Въ то время, когда Дрэдъ тронулся съ мѣста, чтобы пуститься въ дальнѣйшій путь, одинъ изъ яркихъ проблесковъ луны обнаружилъ передъ нимъ, въ нѣсколькихъ шагахъ отъ дерева, разбитаго молніей, скорчившуюся фигуру человѣка. По всему было видно, что это былъ бѣглый негръ и, въ добавокъ, тотъ самый, который, рискуя жизнью, рѣшился въ день митинга бѣжать отъ извѣстнаго намъ торгаша.
-- Кто здѣсь и въ такое время ночи? сказалъ Дрэдъ, подходя къ нему.
-- Я заблудился, отвѣчалъ негръ: -- и не знаю, гдѣ нахожусь.
-- Ты бѣглый? спросилъ Дрэдъ.